В плену желаний

Кирилл, по натуре своей законченный эгоист, получив удовольствие, поворачивался на бок и засыпал, совершенно не задумываясь о потребностях жены. С оральным сексом дела обстояли еще хуже. Ира его не любила — не понимала прелести облизывать чужие половые органы, но мужу это нравилось, поэтому временами она уступала настойчивым просьбам и мужественно терпела у себя во рту его член. Кир же никогда не отвечал ей взаимностью, считая подобного рода ласки неприемлемыми для мужчины, а Ира никогда и не просила, смущаясь при одной только мысли об этом.

— Ну вот, в следующий раз обязательно скажи.

— Следующий раз? — Мира наивно полагала, что все ее мучения завершились. Она просто не готова была встретиться с Максимом еще раз.

— Конечно, он будет приезжать время от времени и заниматься с тобой сексом, — спокойно пояснила Томилина.

— Нет, только не это…

— Дурочка, радуйся! Лучше один Золотов, чем десяток таких уродов, — она показала раны на своем теле.

Мирослава в ужасе отшатнулась.

— Кто это с тобой сделал?

— Один клиент."

"Ира зажмурилась, пытаясь заглушить их голоса в своей голове, но невольно все равно возвращалась в красную комнату. Хищный оскал Шевцова, мерзкие касания его рук, губ, языка…

— Ну хватит, пожалуйста! — не выдержала она и, сев на кровати, зажала уши руками.

— Ир, ты чего? — удивилась Инга.

— Не могу больше слушать, извините. Пойду лучше в душ схожу, — пробормотала Романова и скрылась в ванной комнате.

— Что это с ней? — поинтересовалась Мира.

— Видимо, не только у нас с тобой ночь не заладилась…

Москва. Квартира Хабарова

— Умывайтесь, сейчас будем завтракать, — скомандовала Зимина, стоя у плиты и помешивая кашу. Все утро не переставала улыбаться, ее жизнь резко сменила направление, но ей это нравилось. Лена была почти счастлива, лишь одно маленькое облако на ее ясном небе омрачало радостную эйфорию. Слыша звонкий смех, доносившийся из ванной, в очередной раз приходила к выводу, что нужно все рассказать. Если она действительно нужна Алексею, то он обязательно поймет ее. После перехода на новую ступень в их отношениях не должна присутствовать недосказанность.

Хабаров помог дочери умыться и одеться, и они вместе появились на кухне. Тепло окутало душу — обе его любимые девочки были рядом. Теперь мир незримо стал больше, Елена так органично вписалась в его семью, будто они всегда жили вместе.

— Лена, Лена! Посмотри, какое у меня платье! — подбежала Юля и покрутилась, демонстрируя обновку.

Зимина широко улыбнулась. Как же ее забавляла эта детская непосредственность.

— Очень красивое. Кашу будешь?

— Не хочу, я не люблю кашу, — девочка неприятно поморщилась и отрицательно мотнула головой.

— Очень даже зря, она вкусная и полезная, — сказала Елена и звонко чмокнула ее в щеку.