В плену желаний

Мечтательно улыбаясь, он думал об Елене, представлял их встречу… Как крепко прижмет к себе и зароется в потрясающе мягких, огненно-рыжих волосах…

Отогнав приятное видение, Алексей быстро набрал короткое «я тоже» и открыл ноутбук, пытаясь сосредоточиться на работе, но мысли так или иначе возвращались к Зиминой. Она притягивала его, как магнит, и Хабаров раз за разом поддавался этому нестерпимому желанию быть с ней рядом…

Глава 28

Московская область. БО «Васильки»

— Ира… Ир, проснись, — будто сквозь вату, Романова слышала взволнованный голос Инги, но никак не могла заставить себя проснуться. Ее организму требовался полноценный отдых.

— Отстань, — сонно пробормотала она и накрыла голову подушкой, пытаясь спрятаться от неугомонной соседки.

— Ну уж нет! — решительно воскликнула та, стягивая с подруги одеяло. — Я не отстану, пока ты мне все не расскажешь!

— Что — все? — обреченно спросила Ирина, прекрасно понимая, что Инга не оставит ее в покое.

— Где ты была ночью?

Тяжелые воспоминания с новой силой заполонили воспаленный мозг, отдаваясь острой болью в голове. Стараясь не совершать лишних движений, Романова открыла глаза и тут же зажмурилась от яркого света.

— Гуляла, — уклончиво ответила она.

— С кем?

— Одна.

— Да-а? — иронично протянула Томилина. — А пиджак чей? — она подняла с пола одежду и продемонстрировала Ире свою находку.

— Бушина, — смущенно отозвалась та и улыбнулась, представляя, как это все выглядит со стороны.

— Кого? — недоуменно воскликнула девушка. Она была готова услышать любое имя, но только не это.

— Адольфа Михайловича Бушина! — отчеканила Ирина и, воспользовавшись тем, что Инга потеряла дар речи от удивления, продолжила: — Если допрос окончен, позволь мне еще немного поспать, голова болит жутко.

— Ладно, пойду поем…

Поняв, что сейчас от подруги ничего не добиться, Томилина отступила и, повесив вещи на спинку кровати, направилась к выходу, но внезапно остановилась и, внимательно посмотрев на Романову, спросила:

— Ты ходила к Карине, да? — ответ и так был очевиден, Инга просто хотела подтвердить свои догадки.

— Я не хочу говорить об этом… — негромко ответила Ира, старательно пряча глаза. Не было абсолютно никакого желания обсуждать произошедшее — слишком сильно еще ныли незажившие раны на душе.

— Так я и знала, — усмехнулась Томилина. — Ладно, не хочешь говорить — не надо, сама спрошу у Тим…

— Нет! — воскликнула Ирина, не дав девушке договорить, и, превозмогая боль, села на постели. — Только не это! Инга, я тебя прошу, пообещай ничего ему не говорить, — она умоляюще сложила руки на груди.

— А если он спросит, почему тебя нет?

— Соври что-нибудь.

— Ну хорошо, — согласилась Томилина.