В плену желаний

Немного поспав, он восстановил силы и уже не был готов отпустить Елену от себя.

— А куда?

— Давай просто погуляем? — предложил Леша, осознавая, что неприятная боль в паху почти прошла.

— Почему бы и нет, — согласилась Зимина и взяла его под руку.

Всю ночь они гуляли по Москве, Алексей рассказывал забавные истории, а Лена хохотала, представляя себе все это. Уже под утро он проводил ее до подъезда и, остановившись, заключил в объятия.

— Спасибо тебе, — прошептала Елена ему в шею, ей так нравилось находиться в его руках. Надежно и приятно, но время неумолимо летело — пора было возвращаться домой.

— За что?

— За потрясающую ночь, я отлично провела время, — честно призналась она.

— Мне тоже было хорошо, поэтому взаимно, — в тон ей ответил Леша.

— Спокойной ночи, — пожелала Лена, посмотрев ему в глаза.

— Доброе утро уже, — улыбнувшись, поправил Хабаров.

— Ты прав, доброе утро, — выдохнула она и призывно облизала губы.

Нежно поцеловав ее на прощание, Алексей сел в свою машину. Зимина проводила взглядом его автомобиль и, улыбаясь своим мыслям, вошла в подъезд, намереваясь хоть немного поспать.

Глава 17

Московская область. БО «Васильки»

Романова стояла у приоткрытого окна и сквозь решетки любовалась красотой наступающего утра. Очередную ночь она проводила без сна, думая о том, как жить дальше. Мысли о побеге все реже посещали ее, Ира понимала, что в данный момент это невозможно — территорию базы слишком хорошо охраняют. Девушки, работающие в клубе, имели больше шансов выбраться на волю, ведь они могли свободно перемещаться по периметру, а не сидеть в заключении, но, чтобы получить эту свободу, Ирине нужно было предать себя и свои принципы, переступить все мыслимые законы нравственности, опуститься на самое дно. Но был ли у нее выбор?

Романова предполагала, что пропажа федеральной судьи не может остаться незамеченной, а это значит, что по прошествии двухнедельного отпуска ее должны были начать искать. Она знала порядок проведения следственных мероприятий: сотрудники СК должны изъять записи с видеокамер и отследить ее перемещения. Поэтому Ирина не сомневалась в том, что ее обязательно отсюда вытащат, осталось подождать совсем немного.

Но вечно сопротивляться тоже невозможно, силы были уже на исходе, рано или поздно ей придется сдаться. А может быть, она уже сдалась, когда позволила себе постыдно отдаться Громову? Ира замотала головой в знак несогласия со своими мыслями. Узнав всю правду об этом мужчине, она больше не могла называть их близость постыдной.

Невольно вспомнив о Тимуре, Романова обхватила себя руками и закатила глаза, в который раз сдерживая подступившие слезы.