Желание

Мы оба считали, что это слишком дорогой подарок, но она решительно отмахнулась от наших возражений.

– Это самое меньшее, что я могу сделать.

Мы оба обняли, поцеловали и поблагодарили ее, и она пожала Абигейл руку. А когда мы спросили, что нам предстоит увидеть, она принялась развлекать нас рассказами об экзотических животных и стоянках на лоне дикой природы, и пока говорила, в отдельные моменты выглядела совершенно так, как когда-то прежде.

И все же, в течение месяца было время, когда ее болезнь становилась для меня невыносимой, и мне требовалось изредка выходить из ее квартиры, прогуляться и проветрить голову. Как бы я ни был благодарен за то, что мне удалось близко познакомиться с Мэгги, отчасти я жаждал большего. Мне хотелось показать ей свой родной город в Индиане, хотелось станцевать с ней на нашей с Абигейл свадьбе. Хотелось сфотографировать ее с моим сыном или дочерью на руках, с радостно сияющими глазами. Мы были знакомы с ней не так долго, но мне казалось, что мы так же близки, как с Абигейл или с моими родителями. Я мечтал провести с ней больше времени, хотя бы несколько лет, и во время длинных периодов, пока она спала, порой не выдерживал и разражался слезами.

Должно быть, Мэгги почувствовала, как я горюю. Проснувшись, она ласково улыбнулась мне.

– Тяжело тебе, – хрипло выговорила она.

– Это самое трудное испытание из всех, через какие мне только доводилось проходить, – признался я. – Я не хочу тебя терять.

– Помнишь, что я сказала на этот счет Брайсу? Нежелание терять кого-либо коренится в страхе.

Я понимал, что она права, но лгать ей не желал.

– Понимаю, – она дотянулась до моей ладони; ее рука была вся в синяках. – Но никогда не забывай: любовь всегда сильнее страха. Любовь спасала меня, и я знаю, что она спасет и тебя.

Это были ее последние слова.

Я знал, как выглядел Брайс, знал, какой была Мэгги в шестнадцать лет. Перед смертью она отдала мне фотографии, сделанные в те давние времена. Я увидел Брайса, держащего лист фанеры перед тем, как заколотить им окно, увидел Мэгги, целующую Дейзи в нос. Она решила отдать эти снимки мне, потому что считала, что мне в большей степени, чем кому-либо, известно, как дороги они были ей.

Как ни странно, почти так же дороги они были и мне.

Мы с Абигейл прибыли в Окракоук утренним паромом, расспросили дорогу, взяли напрокат гольфкар и побывали в тех местах, которые упоминались в рассказах Мэгги. Увидели маяк и британское кладбище, проехали мимо лодок в гавани и школы, в которой не учились ни Мэгги, ни Брайс. После некоторых расспросов мы даже нашли место, где раньше стоял магазин, в котором Линда и Гвен пекли и продавали булочки – теперь там торговали безделушками для туристов.