Дом, где тебя ждут

Небрежно рассыпанные по плечам волосы сально лоснились. Вообще-то мама была очень красивой, но Аглая чаще видела ее серой, уныло-равнодушной или злой.

Мама тщательно одевалась и красилась только в последний день месяца, когда папа приносил алименты.

– Пришла? – не отрываясь от просмотра, мама протянула Аглае пустую чашку. – Отнеси на кухню.

Аглая кинула чашку в груду посуды в раковине и поняла, что страшно хочет есть, особенно макарон с сыром. Воображаемая тарелка с макаронами представилась так живо, что Аглая даже почувствовала запах разваренного теста, сдобренного сливочным маслом. В последний раз макаронами ее угощал Сергей Дмитриевич. Сыр у него был какой-то особенный, очень желтый, с большими дырками. Аглая смотрела, как сырная стружка растекается по горячим макаронам, и нетерпеливо возила вилкой по тарелке.

Сергей Дмитриевич всегда первым делом спрашивал:

– Голодная? Сейчас я тебя покормлю, подожди, дружочек.

Варвара Юрьевна тоже назвала ее дружочком, не догадываясь, что от этих слов Аглаино горе скрутилось в животе в тугой болевой узел.

Хотя сыр в холодильнике давно не водился, Аглая все же открыла дверцу и обозрела унылое пространство с полупустой банкой зеленого горошка и парой яиц.

Спрашивать маму, что на ужин, было бесполезно. То ли от обиды, то ли от голода, но Аглая поняла, что сейчас разревется, и стала быстро-быстро глотать консервированный горошек, зажевывая его подсохшим куском булки.

Горошек был подкисший и скользкий, как лягушачьи лапы. Правда, лап Аглая никогда не пробовала, но остатки горошка изо рта выплюнула в ведро. Если бы был жив Сергей Дмитриевич… Если бы.

Но его не было. Он исчез, растворился в звездном небе, как улетевший самолет, а в опустевшей квартире теперь живет противная, манерная тетка – бывшая жена."

"За распахнутой форточкой коротко взвыла автомобильная сигнализация, почти сразу замолкнув. Из комнаты, где сидела мама, тянуло табачным дымом. Сергей Дмитриевич не любил табака, и Аглая давно для себя решила, что курить никогда не будет.

Она подумала, что раньше запросто могла прийти к Сергею Дмитриевичу ночь-заполночь, свернуться клубком на диване и с чашкой молока в руке слушать перестук клавиш электрической пишущей машинки. Тук-тук-тук. Как дождь по стеклу.

Аглая подошла к окну и сквозь тюлевую занавеску посмотрела на луну, похожую на диковинную морскую рыбу, плывущую посреди облачной пены. Она верила, что оттуда, с высоты, на нее смотрит Сергей Дмитриевич. Не потому, что он бессмертный, а потому что он ее крестный, а крестные не должны оставлять крестников без присмотра.

Чтобы Сергей Дмитриевич за нее не волновался, Аглая достала из кармана визитную карточку Варвары Юрьевны и положила на протянутую ладошку.