Дом, где тебя ждут

– Товарищ полковник, я не нарочно, – с виноватым видом заныл Петя, – кто же знал, что здесь так глубоко.

Угадывая, что последует за остановкой, Ладынин глянул на него с бешенством:

– Сейчас тебе небо с овчинку покажется!

Кажущийся безлюдным поселок вдруг ожил. Со всех сторон к машине бежали дети. Сверкая на солнце гладкими темными животами, они толкались, подпрыгивали и кричали, кричали, кричали, заполняя собой все пространство улицы. Негритят было так много, что шофер Петя замер в ступоре. Он служил в Африке недавно и еще не проникся местными реалиями.

Резким движением Ладынин выпихнул Петю из машины и пересел за руль, чувствуя, как боль кулаком саданула в сломанный позвоночник:

– Давай толкай, если хочешь унести ноги!

Стоя по колено в густой субстанции непонятного оттенка, Петя навалился на задок кузова. В боковое зеркало Ладынину было видно его побагровевшее лицо, к которому тут же прибавилась черномазая рожица с тугими косичками по всей голове. Потом другая, третья. Окружившие машину дети рвали гимнастерку на Петиной спине, залезали в карманы брюк и расстегивали ремень.

– Амиго, амиго! Чопи! Чопи!

«Друг, дай еды» – эта фраза преследовала белых по всей Анголе, куда бы ни ступала их нога. Как-то местный царек в разговоре с Ладыниным высказал мысль, что белые столько веков угнетали Анголу, что пусть теперь кормят. Возможно, эта мысль крепко засела в головах местного населения, и «чопи-чопи» стало чем-то вроде приветствия, невыполнение которого было чревато полным разором имущества и порванной одеждой.

Прямо перед глазами Ладынина на лобовом стекле лежал карапуз лет пяти и с видимым удовольствием колотил в стекло голыми пятками. Слава Богу, стекло было закаленное, пуленепробиваемое. Поняв, что проникнуть в машину не получится, малыш неторопливо сполз и принялся весело забрасывать машину пригоршнями грязи.

Все это напоминало Ладынину прочитанную в детстве книжку «Гулливер в стране лилипутов», и ему было бы смешно, если бы не было так грустно."

"С натугой, чихая и захлебываясь, машина двинулась с места, оставляя позади себя орущую голопузую толпу ребят.

Ладынин искоса глянул на Петину физиономию, хранившую следы потрясения.

– Привыкай, товарищ солдат, здесь тебе не Рязанщина.

Петя удивленно заморгал белесыми ресницами:

– А вы откуда знаете, что я из Рязани, товарищ полковник?

– Да ниоткуда, так, наугад сказал.

Ладынин поерзал на сиденье, пытаясь поудобнее пристроить больную спину. Петя посигналил женщине с ведром на голове, которая шла посреди дороги. Она проводила их долгим взглядом, и Ладынину показалась, что ее губы шевельнулись в извечном «чопи-чопи».

* * *В Институт кофе приехали грязные и усталые.