Дикарка Жасмин

Может быть, мы нашли решение, надо только набраться храбрости его осуществить. У нас мало времени."

"— Кто? — спросил священник, понимая, что сдается и соглашается с доводами евнуха. Простит ли ему Бог очевидное отречение от всего, чему его учили и что он старался передать другим? Но если Адали прав…

— Рори Магвайр, — ответил евнух. — Он влюблен в принцессу, хотя даже себе не осмелится признаться в этом. Он честный и умный юноша, и мы можем ему доверять.

— А он пойдет на это, Адали?

— Я сумею его убедить.

— Тогда пойдем и разыщем его, — согласился священник. — Это лучше совершить как можно быстрее, перед началом нового дня. Если Жасмин слабеет с каждым часом, у нее осталось немного времени, а значит, и у нас тоже.

Мужчины поспешили к дому привратника, где жил Рори Магвайр. Они стучали в дверь до тех пор, пока заспанный ирландец не впустил их. Закрыв за собой дверь, пришедшие увлекли хозяина в гостиную и, убедившись, что тот окончательно проснулся, изложили ему свой план.

Пораженный Магвайр вспыхнул, когда ему объяснили состояние миледи и необычные методы выхода из него.

— Я не могу! — вскричал он. — Бог мой! Вы-то, святой отец, как могли согласиться с этим предложением?

— Если вы не сделаете того, что мы просим, — с каменным лицом проговорил Адали, — считайте, что вы ее убили. Ее смерть ляжет на вашу голову, господин замка Эрн-Рок. Вы сможете жить с этой мыслью? Видеть каждый день ее осиротевших детей?

Рори Магвайр от отчаяния застонал.

— Вы ведь ее любите, лорд Эрн-Рока, — безжалостно продолжал Адали. — Лишь честь не позволяет вам признаться в этом даже самому себе, но я могу читать в вашем сердце. Я вижу вашу любовь к ней, потому что люблю ее тоже. И сделаю все, чтобы ее спасти.

— А что, если она проснется и увидит, что с ней я? — спросил Рори Магвайр. — Она позовет на помощь, и я навлеку позор на доброе имя рода. Я не для этого остался в Ирландии, Адали. Как ты поступишь, если это случится?

— Я дам ей легкое снотворное перед тем, как впущу вас в спальню. Вы сделаете то, о чем мы просим, и уйдете. Если Бог нам поможет, завтра она проснется живая, не ведая, что произошло. Только мы трое будем знать тайну случившегося, но она не будет тяжела, если госпожа оправится от болезни.

— А служанки? — никак не мог решиться Рори Магвайр.

— Я отошлю их еще до вашего прихода, — заверил евнух. — Чем меньше людей будет знать об этом, тем лучше.

— А вы что скажете, святой отец? — повернулся ирландец к Куллену Батлеру. — У вас для меня есть слова?

— С тобой мое благословение, — тихо ответил ему священник.

Молодой человек удивленно покачал головой:

— Таких заговорщиков я еще не встречал. Хорошо. Я сделаю то, о чем вы меня просите. Но, Боже, как мне стыдно.