Дикарка Жасмин

Мне говорили, что короля окружают его соплеменники, многие из которых весьма расточительны.

— Да, — ответил граф Кемпе. — Король сентиментальный парень. Сделай ему небольшое добро, и он стремится вознаградить тебя с такой щедростью, какую вряд ли может себе позволить. Придворные Елизаветы презирают его, потому что бедняга Яков пугливый король и боится собственной тени, а поэтому дурно обращается с людьми. Еще хуже, что он не любит пышность и величие, так необходимые для великолепия придворной жизни, с трудом выдерживает жизнь во дворце и счастлив только на охоте. Придворные-шотландцы, конечно, понимают его лучше англичан. Они к нему добры из желания выдвинуться, а англичане, считая себя лучше северян, держатся с отчуждением. Но король не глуп и знает англичанам цену.

— Бедняга! — воскликнула Скай. — Не завидую ему, пришедшему вслед за Бесс. Но что делать, он там.

И нам тоже, хоть и ненадолго, пора туда.

Глава 11

Графиня Брок-Кэрнская сидела в саду матери под ивой и ткала гобелен. Подле нее расположились две ее дочери: Сибилла вышивала монограмму на изящной льняной наволочке на подушку, а Жасмин читала. Вечер был необыкновенно теплым — ветра не было, и воздух казался плотным. У ног Сибиллы в траве лениво разлегся граф Кемпе и, восхищенно глядя на девушку снизу вверх, подавал, когда она просила, из корзины новые нити. Он всем дал понять в доме де Мариско, что имеет серьезные намерения по отношению к леди Сибилле.

Сибилла уколола палец и вскрикнула:

— Ох, мама, как я не люблю вышивать! Я так буду рада отправиться осенью ко двору, — и вырвала руку у Тома Ашбурна, который с обожанием целовал уколотый палец.

— Вышивание — это ремесло, которым должна владеть каждая порядочная женщина, дорогая, — наставляла ее мать. — Что, если какой-нибудь неуклюжий парень наступит тебе на платье и оторвет кайму? Навык обращения с иголкой поможет быстро его починить, и ты не будешь выглядеть неряхой.

— А меня никогда не учили шить, — сказала Жасмин, откладывая книгу. — В Индии за меня это делали слуги.

— Когда ты прекратишь свое смешное хвастовство? — неприязненно спросила Сибилла. — В Индии ты, может, и была принцессой. Но здесь ты обычная незакон… — Она запнулась, заметив недобрый блеск в глазах Жасмин, и мило улыбнулась. — Ну, мы все знаем, кто ты есть, — закончила она."

"— Не пойму, — таким же сладостным тоном ответила Жасмин, — как такая добрая мать могла вырастить такую злобную мегеру. Будь осторожнее, Сибилла: мы все знаем, кто ты есть. Ты показываешь, какая ты на самом деле, — не вспугни господина графа.

— Я бы обожал свою любимую красавицу, даже если бы она была нищенкой, — галантно заметил Том Ашбурн.

— Хватит! — Сибилла вскочила на ноги, отбросив в сторону вышивание.