Жаркий Август. Книга вторая

Стоит только глаза прикрыть, как все заново накатывает. Нескончаемый диалог в голове и запоздалые мысли: надо было вот так сказать, или так, или так. Так что ничего доброго в этом утре не вижу.

Раздался звук входящего звонка. Никита опять нахмурился и покачал головой:

— Спаситель наш звонит. Уже, наверное, двадцатый раз.

— Так ответь, — если честно, хотелось хоть краем глаза глянуть на того, кто вытянул их всех, а особенно его, из черной бездны.

— Нет, — Лазарев категорично покачал головой, — ему Чу нужна. У них свой диалог, и вмешиваться в него не стоит.

Звонок затих, и парень выключил компьютер. С минуту они провели в полной тишине, после чего Никита шумно выдохнул и устало потер шею:

— Зайди-ка сюда и дверь прикрой, — тон изменился с устало-расслабленного на деловой. Тимур моментально почувствовал перемену и непроизвольно подобрался, не зная чего ожидать на этот раз, но спорить, упираться не стал, просто зашел в кабинет, закрыл дверь и вопросительно посмотрел на Ника. Тот поднялся на ноги и подошел ближе, остановившись на расстоянии вытянутой руки:

— Тимур, — произнес, неуверенно потирая бровь, — ты ведь не дурак, да?

— Допустим.

— Ты понимаешь, что вчера нам всем, а особенно тебе просто чертовски повезло? Так, наверное, раз в жизни везет и то не каждому. Мы с Васькой успели хоть как-то подготовиться, смогли осадить этого м*дака, пришедшего с Марикой. Чу тянула время как могла, хотя подставлялась по полной. В случае провала у нее бы грязной кляксой в личное дело выговор прилетел, за сопротивление правосудию, и немалые проблемы на работе. А она работу любит, несмотря ни на что. Повезло, что префект приехал на пять минут раньше стражей порядка. Да тут можно долго перечислять слагаемые везения. Суть одна: вчера ты реально мог оказаться у Власовой и откатиться назад, причем даже не представляешь насколько.

Тимур мрачно слушал, понимая, что Лазарев абсолютно прав, но не понимая, к чему вообще весь этот разговор. Вряд ли Ник описывает все эти тонкости, чтобы напроситься на благодарность. Тут что-то другое. Впрочем, поблагодарить все равно не мешает, потому что без Никиты его бы здесь не было.

— Спасибо, — перебил на середине фразы, заставив Лазарева удивленно замолчать, — за то, что вчера был на моей стороне. И за то, что не дал совершить фатальную глупость.

— Не за что, — хмыкнул тот, принимая благодарность, но тут же взгляд снова стал мрачным, — только рановато благодаришь. Сначала выслушай, что хочу сказать. Как ни печально это говорить, но во вчерашнем аде виноваты вы с Васькой. И Васька в большей степени. Если бы не ее человеколюбие, категорическое непринятие устоев Ви Эйры…

Лазарев замолчал, подбирая слова, потом махнул рукой и продолжил, как есть:

— Все дело в гр*баных браслетах.