Жаркий Август. Книга вторая

Я так смеялась, слушая его истории, что под конец даже живот заболел. При этом он четко соблюдал установленные мною границы. Никаких пошлых взглядов, приставаний, случайных прикосновений, и за это я ему была безумно благодарна.

Мы отлично провели время. Весело, непринужденно. И когда после прогулки он поинтересовался, а не повторить ли нам еще раз — с удовольствием согласилась.

Руслан проводил меня да машины, на прощание просто прикоснувшись к плечу, и ушел, оставив поле себя приятное спокойствие.

Потом была встреча с Таисией, наш с ней поход в кино и веселое поедание огромной пиццы в одной из кафешек развлекательного центра. А потом поход в клуб, где танцевали до упаду, до такой степени, что ноги стерли по самое ""не балуйся"".

Устали, но было весело. Хорошо. Я смогла переключиться, выкинуть из головы свои вечные проблемы и стать на этот вечер той самой Василисой, что была до Ви Эйры, которая умела веселиться и отдыхать. Жаль, что прямо сейчас нельзя к работе приступить, а то вообще великолепно было бы — и делом бы занималась, и времени на ненужные переживания не осталось.

После клуба мы поехали к Тайке, и я, справедливо решив, что меня все равно никто не ждет, и мое отсутствие дома никого не расстроит, осталась у нее с ночевкой. И когда засыпала, подумала о том, что жизнь не так уж и сложна. Надо просто уметь переключаться и отдыхать, не давая проблемам поглотить себя с головой.

Глава 14"

"Он стоял на краю отвесного утеса, уходившего вниз, терявшегося в темной мгле. Живой, беспросветной, ставшей пристанищем для миллионов демонов и жутких тварей. И надо бы повернуться и уйти, не оглядываясь, но не хватало силы воли отвернуться, отвести взгляд в сторону. Стоял, низко опустив голову, всматриваясь в клубящуюся мглу, чувствуя практически непреодолимое желание сделать шаг вперед, сорваться вниз, камнем пролетев сотню метров, а может тысячу километров.

Тьма, карабкающаяся вверх по каменистым выступам, настойчиво звала, не отпускала. Мерзким голосом нашептывая: ""Ты мой, тебе не уйти"".

И он действительно не мог уйти, ноги приросли к земле, и тело не хотело слушаться, обреченно ожидая, когда темные когти поднимутся еще выше, вцепятся в плоть и утащат вниз, во тьму.

Черные покореженные пальцы с обуглившимися ломаными когтями выныривают из пустоты, впиваясь в камень, царапая его, разрезая словно подтаявшее на солнце масло.

Еще миг, и на поверхности появится мерзкая, испещренная рытвинами язв, морда, но Тимур ее уже не видит. Просыпается, до хруста сжав кулаки, шальным взглядом осматриваясь по сторонам.

Он у себя, в маленькой, скромно обставленной комнате. В своей кровати, к которой за последние месяцы успел привыкнуть.

Прикрыв глаза, потер лицо руками, пытаясь прийти в себя после тяжелого сна.