Жаркий Август. Книга вторая

Тимур тоже смотрел, не отрываясь, без единой улыбки. Только его не интересовали точеные изгибы, не волновали плавные покачивания бедер и пышная грудь, обтянутая скромным клочком серебристой ткани. Он наблюдал за ее глазами, не понимая, почему они так зацепили, почему глядя на них, ощущает, как щемит за грудиной?

Селана проследив за его взглядом, лишь фыркнула:

— Танцующие трусы! Что здесь красивого? Не понимаю!

Он не стал отвечать на эту реплику, проигнорировав недовольство подруги. К тому же почувствовал, как в кармане завибрировал телефон.

Отец.

— Я сейчас вернусь, — скупо сообщил собравшимся за столом, поднялся со стула и пошел в холл, туда, где было гораздо тише."

"Барсадов-старший звонил по работе, рассказать об итогах деловой поездки в соседний регион, из которой только что вернулся. Тимур, привалившись спиной к шершавой стене, внимательно слушал, вникая в подробности, переспрашивая, уточняя. Поэтому разговор затянулся надолго — минут двадцать, не меньше. Наконец, обсудив все интересующие детали, он попрощался с отцом, убрал телефон и, не особо торопясь, отправился обратно.

Вернувшись в зал, обнаружил такую картину: Брандт с Джером ржали, как ненормальные, стащив танцовщицу со сцены. Они насовали ей в трусы денег, целую кипу мелкими купюрами.

— Этого хотела, выгибаясь тут и ноги раздвигая? А, шлюха? Слушай, а пойдем в подсобку? Ублажишь нас? Посмотрим, как ты умеешь крутить задницей не только у шеста, — один из них звонко шлепнул ее по пятой точке.

Девчонка взвизгнула и попыталась сбежать. Только не удалось сделать и шага, Брандт резко дернул ее за руку, так что она оступилась и повалилась на пол, неловко приземлившись на один бок.

Парни заржали. А у него полыхнуло под ребрами, в сердце.

Снова впился в ее взгляд, чувствуя, как начинает трясти.

Этот взгляд он хорошо знал. Запуганный, отчаянно беспомощный, затравленный. Он видел его на Ви Эйре… когда подходил к зеркалу. Эту безысходную тоску ни с чем не спутать.

Взгляд человека, которому некуда деваться, неоткуда ждать спасения. Хер знает, что у этой девицы творилось в жизни. Может, нищета привела к хромированному шесту. Может, сидит на какой дури и вынуждена отрабатывать очередную дозу. Может, спасает жизнь близкому человеку или расплачивается за какие-то грехи.

Неизвестно, что толкнуло ее на такой шаг, но точно не добрая воля и страсть к приключениям.

Она выглядела, как загнанный в угол зверек, прекрасно осознающий, что попал в западню, но не знающий как выбраться.

Брандт, тем временем, схватил ее под локоть, рывком поднял на ноги, да так резко, что она впечаталась ему в грудь:

— Вы только посмотрите, какие у этой цацы сиськи! — бесцеремонно сжал грудь, едва прикрытую тонкой блестящей тканью.