Зеркало сновидений

Другое дело — найти убедительную причину, по которой кому-то понадобилось избавиться и от Лизы, и от студента. — Сергей Васильевич повернулся к Амалии. — Госпожа баронесса, а вы не думали, что мы имеем дело с убийством и с несчастным случаем? То есть произошло преступление, а потом имел место несчастный случай. Или наоборот: сначала несчастный случай…

— Я много о чем думала, — сказала Амалия, хмурясь, — но вот в чем дело, Сергей Васильевич: все началось с разговора о снах. И у меня такое чувство, что, пока мы не разберемся со снами — кто их видел и видел ли вообще, — мы с места не сдвинемся.

— Вы упоминали, что мадемуазель Левашова избегала вас, а что насчет поручика? Вы пытались его расспросить?

— Да, хотя обстановка, по правде говоря, не слишком благоприятствовала разговорам — его то и дело отвлекали. Кстати, у поручика оказалась превосходная память. Он сразу же вспомнил, что в одну из наших прошлых встреч я спрашивала, на что походила усадьба, которую он видел в первом сне. Так вот, Арсений Васильевич уверяет, что усадьба в общем и целом оставила у него странное впечатление: она не походила ни на одну из тех, которые он видел в своей жизни, но в ней словно соединились части разных усадеб. Что касается калитки с монстром, то он затрудняется объяснить, откуда она взялась. «Может быть, это рисунок, который я видел в какой-нибудь книге», — предположил он. Больше нам поговорить не удалось, потому что им завладела графиня Хвостова и не отпускала его от себя до конца вечера.

— Мне кажется, я знаю, откуда взялась калитка, — несмело подала голос Евдокия Петровна. Ломов подпрыгнул на месте.

— Тетушка! И вы молчали?

— Сережа, я сомневалась… Я вовсе не была уверена, что моя версия правильная. Но мне кажется, что калитка, на которой изображен монстр с высунутым языком… — Тетушка порозовела, — я видела такую в имении генерала фон Пиркеля.

— Так, так, — пробормотал Ломов, морща лоб, — так это дед поручика?

— Да. Мать Арсения умерла совсем молодой, а генерал ненадолго ее пережил. Базиль пригласил меня однажды погостить в имении, поэтому я запомнила эту калитку. Она, знаешь ли, производила впечатление…

— Я так понимаю, поручик бывал в усадьбе? — спросила Амалия.

— Да, он жил в усадьбе, когда я приехала, — подтвердила Евдокия Петровна. — Насколько я помню, ему тогда было лет пять. Правда, Базиль недолго владел генеральским имением — вскоре он все продал, возможно, по настоянию второй жены, хотя я не уверена, но у нас так говорили…

Откинувшись на спинку стула, Амалия обменялась многозначительным взглядом с хозяином дома.