Чехов. книга 9. Старое зеркало

Иногда приходится навещать склады, где хранится мебель до того, как отправятся к новому хозяину. Вот скажите, мастер Чехов: где вы сами купили тот замечательный гарнитур, который стоит в вашей приемной?

Я пожал плечами:

— Нашел по случаю после новоселья.

— Ну, вы же где-то выбирали мебель? Ездили куда-то?

— На склад одного лавочника, — пояснил я.

— И там было много всего, верно? — уточнил Пахом."

"— Вы правы. Я собирался взять что-то темное, но увидел светлый стол и не смог пройти мимо. Признаюсь, что покупка вышла весьма выгодной.

— У вас хороший вкус, Павел Филиппович. Поверьте, я знаю, о чем говорю! Мебель у вас роскошная и прослужит не только вам, но и вашим потомкам.

— Так вы же нашли в ней какие-то недостатки, — напомнил я.

Но Пахом только отмахнулся:

— Это мелочи, которые будет несложно исправить! А вот сама древесина прекрасного качества. Я знаю, кто ее заказывал, и для кого предназначался этот гарнитур... Каждую деревяшку доставляли обернутой в ткань, но человек разорился, и все его имущество ушло с молотка. Насколько мне известно, гарнитур никак не хотели выкупать. Потому как у нас в моде темное дерево и мрачные интерьеры. А для дамской комнаты гарнитур слишком массивный.

— Вы говорили, что навещаете склады, — напомнил я.

— Все так, — улыбнулся Пахом. — Перекупщики мебели часто звонят, чтобы предложить что-то ненужное им. А то и просто сломанное. Грузчики тоже люди и порой портят шкаф или кресло. И гарнитур становится неполным. А значит, теряет в цене. Я же — один из немногих в городе, кто может восстановить мебель так, что ремонт будет незаметен.

— Пахом в этом лучший, — сообщил Руслан Константинович.

— Чаще всего, я провожу работы для таких клиентов по бартеру с небольшой доплатой со стороны владельца склада, — довольно усмехнулся мастеровой. — Иногда я меняю все петли в шкафу на новые, чтобы старые забрать себе. Покупатель даже не заметит разницы, а в моей мастерской стоит трельяж, которому нужны именно эти петли. Однажды я три года рыскал по всем рынкам, домам и антикварным лавкам в поисках особенных дверных ручек...

Пахом мотнул головой, словно отгоняя от себя болезненные воспоминания.

— Некоторые вещи становятся для меня очень ценными, — продолжил он. — Я восстанавливаю их, чтобы оставить себе. За одним буфетом, который принадлежал самому Достоевскому я объездил весь город! Следы завели меня на свалку... — он потер переносицу. — Но видимо его уже разобрали и сожгли. Потому что найти этот шедевр мне так и не удалось.

— И как ты не боишься захаживать в такие места? — удивился Машуков. — Там ведь хватает всякого сброда...

— Они тоже люди! — философски заметил Пахом. — И если найти к ним подход и договориться — можно получить очень ценных помощников.