С небес на землю

Сначала долго копается в пакете, потом выудит, положит и посмотрит!..

– У меня все чудесно, – уверил он, вытащив последний. – Я устал чего-то.

– Вот и не ездил бы!

– А котлеты?..

– Сам бы и ел!

«Сам» он ничего не ел – одному ему было неинтересно. Он даже сыр ленился себе отрезать, кусал от целого куска, заедал батоном и захлебывал остывшим чаем, и все было невкусное, пресное, жесткое, как картон.

Вся жизнь Владимира Берегового с тех пор, как заболела мать, стала похожа на картон.

И еще Митрофанова выгнала его с работы.

…Меня выгнали с работы, представляешь, мама?! Меня никогда раньше не выгоняли, да еще публично, да еще так унизительно! Я был к этому не готов. Нет, в трудностях закаляется характер, это всякий понимает, но вдруг характер так и не закалится, а деньги кончатся совсем?! Что мы с тобой станем делать, мама?! Как я буду тебя спасать?! И мне страшно. Я совсем большой мальчик, но если бы ты знала, мама, как мне страшно!.. Я совсем один.

– Тебе бы в отпуск, – сказала мать, рассматривая его. – Может, хоть денька на три съездил бы, Володя? Вон хоть в Завидово! Ты же любишь речку…

– Какая речка! – воскликнул Береговой, опять очень «натурально». – Ноябрь месяц на дворе! Скоро снег пойдет. Вот ты поправишься, вместе тогда съездим.

– Ну да, – тут же согласилась мать. – Конечно.

Они помолчали, думая об одном и том же – как им страшно и не верится в то, что может вернуться прежняя прекрасная беззаботная жизнь с выходными в Завидове, детективом по вечерам, чаем с чем-нибудь «вкусным» из любимой кружки и поездками по магазинам – Береговой ненавидел эти поездки!

Странная штука. Раньше ему казалось, что живет он трудно, гораздо труднее, чем все остальные люди, и только недавно он понял, как легко и весело ему жилось на самом деле!..

– Мам, я не завтра приеду, а послезавтра…

– И послезавтра не вздумай! Мне ничего не нужно! За бульон спасибо и за Вайля тоже, в смысле котлет, но здесь прекрасно кормят, как в ресторане!

– Ясный хобот.

– Володя!

– Ну, это просто такое выражение, мам.

– Привези мне детективов, – попросила она. – Вот Покровская мне нравится! Ее твое издательство издает, да?

Береговой чуть не завыл.

– Умных книг не вози, там одна тоска! А Покровскую можно. У нее про любовь хорошо получается. И про убийства! – Она засмеялась. – Я прошлую ночь заснуть не могла, все читала. И ведь никак не оторвешься!

Береговой погладил ее по голове, как нежный родитель, и она пошла его провожать. Вниз он ее не пустил, только до лифта, и потом все вспоминал, как она засмеялась и попросила детективов!

Он вышел на улицу, вдохнул сырой, морозный воздух и поднял воротник куртки. Было ветрено, сыпала крупа, и туча, свинцовая, тяжелая, нависала над больницей и дальним лесом.