С небес на землю

Я не знал, что вы больны.

– Она не больна! – загрохотала издалека давешняя смутно знакомая женщина. – Просто ее душили, и теперь она говорит не так чтоб очень!.. Да что ж такое происходит, господи боже ты мой!

Она выскочила из кухни, мешая ложечкой в очередном стакане очередную бесцветную жидкость. И уставилась на Алекса.

– Вы кто?!

Он вздохнул и завел:

– Меня зовут Александр Шан-Гирей, я работаю…

– Вы врач?!"

"– Я же просила не вызы… зы… зывать никаких врачей!.. – прокашляла Митрофанова.

– Да я никого и не вызывала, он сам вперся! На, выпей теперь вот это!

– Я не могу. Я не могу глотать.

– Так, все!.. Я звоню в «Скорую»!

– Не… не… на… да…

– Нада! – отчеканила женщина. – В «Скорую» и в милицию!

– Расскажите мне, – негромко попросил Алекс стрешневскую спину. – Что случилось?

Спина сделала оборот, Стрешнев глянул на него, глотнул из стакана, который держал в руке, и сморщился.

– Екатерину Петровну, – он подбородком указал на Митрофанову, которая корчилась на диване, словно уточнил, что именно эту Екатерину Петровну, – кто-то пытался… Ну, в общем, на нее напали и чуть не убили. Мы приехали, дверь открыта, она на полу. Мы ее подняли и перенесли сюда.

– Маня, не звони никуда, – выговорила Митрофанова таким голосом, как будто наглоталась папиросной бумаги, – ты что, не понимаешь, что этого нельзя делать?!

Алекс подошел и присел перед ней на корточки. Лоб у нее был очень белый и блестел от испарины, под глазами чернота, на щеках лихорадочные пятна и белые пленки на губах.

– Скажите хоть вы ей, – Митрофанова облизнула губы. – Скажите, что нельзя. Анна Иосифовна не переживет.

На шее у нее был длинный и узкий рубец, огненный, полыхающий.

…Душили? Митрофанову пытались задушить?! Вот только что?! Совсем недавно?! Пока он бродил по улицам, потеряв в собственном кармане бумажку с ее адресом?!

– Не звоните никуда, – велел он громогласной женщине, которая настырно тюкала кнопки телефона, и она воззрилась на него с изумлением. – Помогите мне! Где кухня?..

Он поднялся, закрыл окно и взял у Стрешнева стакан.

– Вы будете это допивать?

Тот покачал головой.

– Нет, я не поняла, почему не звонить-то?! – спросила женщина.

– Я вам сейчас все объясню.

Подталкивая ее вперед, очень неловко, Алекс вышел на кухню и прикрыл за собой дверь.

– Мне нужен мед, лимон и виски. И чай, лучше всего какой-нибудь травяной. Вы не знаете, где чай?

– Вы кто?!

Алекс забрал и ее стакан и аккуратно вылил содержимое обоих в раковину.

– Меня зовут Алекс, я работаю в издательстве «Алфавит» вот уже… несколько дней. – Он открывал и закрывал створки старинного буфета, самодовольно выпятившего потемневшее от времени пузо.