Выжженая земля. Тетралогия

Окромя стрелкового оружия было там несколько полезных штуковин. Ты про такую штуку как Тюльпан слышал чего-нибудь?

— Цветок такой есть.

— Ага. А еще есть такой миномет. Калибра двадцать четыре сантиметра.

— Сколько?! — Глыба развел руки в стороны, прикидывая калибр оружия. — Ты не охренел, часом?

— Он не один такой был. В советское время и другие подобные штучки попадались. Я уж думал, их давно на металлолом все порезали. Ан нет! Целы. Вот и придумал я следующий фокус. Блокируем выход с рудника. И накрываем там все живое минами. В каждом таком поросенке взрывчатки столько, что этот наш домик с одного попадания развалится. Полсотни мин — и нет там больше ничего и никого. Как тебе такое решение?

Глыба покачал головой.

— А говорят, я головорез… Ты на себя в зеркало когда в последний раз смотрел?

— А что?

— Да так… Присмотрись, когда рога расти начнут. Такую жуть измыслить… Ты ж там всех под топор подведешь. Не только вояк этих, но и гражданских.

— У тебя выбор есть? Сюда будешь гостей дожидаться?

— Нет выбора, это ты правильно сказал. А стрелять кто будет?

— Сам и буду. По основной специальности, если ты не в курсе, я артиллерист. Не забыл еще, чему учили.

— Ну, что ж… я тебя за язык не тянул. Хотя, откровенно говоря, ты прав. Не сегодня, так завтра. Не этим способом, так другим, а с этими отщепенцами пора кончать. Примеры дурные они прочим подают. Мол, и сами проживёте, без нахлебников этих. То есть — без нас с тобой. Ну, и без Главы с его прихлебателями, это уж само собой. А этого допустить никак нельзя! Что ж мне — на старости лет за лопату браться?

Поселок оказался неожиданно основательным. Дома в нем были преимущественно каменными или сложенными из толстых бревен. Со слов Ирины, строили его ещё в тридцатые годы и с того времени не раз ремонтировали и подновляли. Что добывали на руднике, она не знала. При её жизни он уже не работал. Только иногда приезжали сюда какие-то комиссии, осматривали входы и здания. Проходов внутрь не было, штольни были забутованы. Большая часть рудничного оборудования демонтирована и вывезена.

Ещё на подходах нас встретили дозорные. По их словам, за пару часов до нашего прихода прибежал один из уцелевших засадников, сообщил о гибели всей группы. Парень был ранен в руку, но оружие, малокалиберный карабин, сохранил.

Нас принял старший в поселке. Это был кряжистый пожилой мужик. Звали его Демьяном Семеновичем Ноздревым. Предложив мне присесть, он вопросительно посмотрел на пленного.

— Язык, — коротко поясняю ему. — Надо же знать, с кем дело имеем? Вот он нам и расскажет кой-чего…

— Обломаешься! — неожиданно спокойным голосом отвечает тот. — Только тронь меня пальцем — весь поселок ответит!

— Да? — язвительно вопрошаю я.