Счастливая земля

Может быть, лучше подвигаться, сделать что-нибудь, а не раздумывать так без смысла?

– Но я же тебе сказала! Все, больше никакого расчесывания ран. Это было нужно, но больше уже нет нужды. У тебя еда стынет. Но жизнь это тоже печаль.

– Ну, – он зацепил кусок. – Только зачем это искать?

В запеканке чувствовались помидоры и баклажаны. Мясо было мягким. Бартек подавился, выплюнул кусок и напился воды из-под крана. Майя ела спокойно, щуря слезящиеся глаза. Он принес светильник. В еде блестела стеклянная пыль от лампочки.

– Нам надо стать тверже, – сказала Майя. – Слишком много сладости.

Он попробовал вырвать у нее ложку. Она оказалась слишком сильна. Сбросил обе тарелки. Девушка пригвоздила его к полу. Клацала красными зубами. Он не мог освободиться.

37Доктор Элсе сказала, что по новому закону пациента можно держать в больнице против его воли, если он не желает лечиться дома. Пообещала, что Майя получит хороший уход, и оставила их вдвоем.

– Я буду приходить каждый день, – пообещал Бартек.

Стены были кремовые, окно выходило на сад. Телевизор работал без звука. На тумбочке стояли книжки, морской пейзаж висел в раме светлого дерева. Майя лежала на мягкой подушке. Из-под одеяла тянулись ремни, прикрепленные к железным проушинам.

– Мы пройдем через это. – Он поставил цветы в вазу. – Может быть, почитать тебе что-нибудь?

Она молчала. Не знал даже, замечает ли она его присутствие вообще. Сидел до вечера с наушником от телефона в одном ухе. Настали сумерки. Его стало смаривать, он поцеловал ее в лоб и вышел, чувствуя облегчение. Ему показалось, что слышит ее пение из-за двери.

Больничный радиоузел передавал какую-то программу по-датски. По коридору плелась анорексичка в халате с капюшоном. Он испугался, что это смерть идет за его девушкой.

38Бартек сдержал слово. Приходил к Майе каждый день после работы. Менял цветы в вазе, читал книги, они вместе смотрели телевизор. Иногда девушка была сонной, иногда радовалась при виде его, тогда они разговаривали. Он рассказывал, чем они займутся, когда она сможет выходить. Как-то раз упомянул, что хотел бы увидеть Грецию. Перед тем как погасить свет, целовал ее в лоб. Домой возвращался на метро. Садился в самой голове первого вагона с автопилотом и смотрел, как поезд ныряет глубоко в скалы.

У себя ел обильный ужин. Заметил, что прибавил пару килограммов. Ложился поздно, за ночь несколько раз просыпался и всегда шел на работу невыспавшимся. Избегал Мортена Рынке-Блинди.

Осознал, что не ждет уик-эндов, как остальные. В субботу, если была хорошая погода, они с Майей выходили в сад и сидели среди больных. Держались за руки. Доктор Элсе сказала, что мало кто способен к такому самопожертвованию. Раз в месяц ездил в командировки.