Чужая земля

Автомат Калашникова вообще надежная штука, его не надо постоянно чистить и ухаживать, и то, что попался именно он — большая удача.

Берет, куртку, разгрузку — все на себя. Автомат в руки. Скорее всего — помимо этого идиота охранника есть еще и видеокамеры, они контролируют подходы к чему-то, что находится в этой больнице. Так вот почему они никак не могли найти Аль-Масри и много кого другого. Ублюдки траханые — они прячутся в больницах, и им кто-то помогает! Кто-то из американцев!

Сукины дети, чтобы им пусто было! Ничего — он выведет их на чистую воду!

Только не дергаться. Все в норме — он просто отходил поссать. Ростом — он примерно такой же, как этот охранник, он просто отошел за угол поссать и теперь возвращается на свое место.

Все в норме…

Ожидая каждое мгновение криков и выстрелов — по нему — он неторопливо подошел к тому месту, где стоял этот охранник. Постоял, потоптался там, считая секунды. Потом — шагнул в темноту…

Дверь была заперта — это была стальная, аккуратно покрашенная, прилегающая к стене дверь, на ней — кодовый замок с цифрами, кода капитан не знал. Открывается наружу, судя по виду. Делать нечего. Что-то забормотала арабским рация… капитан достал гранату, выдернул чеку и прицепил гранату там, где была клавиатура с кодом. Шарахнулся в сторону, упал на землю.

Бабахнуло, с треском, завизжали осколки — капитан поднялся и побежал вперед. Дым… пыль, почти ничего не видно, он ухватил рукой искореженный, горячий металл, рванул на себя — и он поддался. Перехватывая автомат, капитан вбежал внутрь, от взрыва погасло освещение у входа. Там была лестница, он прыгнул вниз — и оказался лицом к лицу с иракцем, коренастым, усатым, в какой-то форме — и в руках у него был не АК-47, как можно было ожидать — а американский М4. Он бежал наверх, чтобы посмотреть что произошло — но не был готов стрелять. Капитан упал на ступеньки и выстрелил. Болью пронзило бок… он подумал, что ранен, но тут же вспомнил, что его ранили раньше и он упал — считай, на рану, разбередил. М4 треснул одиночным, пуля прошла выше, иракец оседал, пробитый двумя пулями Калашникова. Толкнувшись рукой от ступенек, капитан вскочил и побежал дальше…

Дальше — резкий, на девяносто градусов поворот и дверь, из нее непрерывный огонь — снова М4, ее характерный треск не спутаешь с глухим грохотом Калашникова. Капитан достал гранату, выдернул чеку, метнул внутрь. Грохнуло, огонь прекратился — то ли убило стрелка, то ли закончились патроны и надо перезарядиться.