Чужая земля

Это было немаловажно в местных условиях, где других почти и не было. Точно так же — TARA производила пистолеты TP-9, которые в основном шли сюда.

— Контроль — сказал Филин, когда штурмовая пара достигла края деревьев. До хижины — около ста метров по голому полю, заваленному овечьим дерьмом.

— Чисто — ответил Декслер — держу хижину.

Только Декслер с его термооптикой мог точно сказать — чехи все еще лежат, или поджидают с автоматами русистов у окон хижины, сильно смахивающих на бойницы.

— Позицию занял, держу подходы. По сигналу вперед.

Снайпер добрался до края леса, залег с винтовкой, держа на прицеле подходы к хижине со стороны населенного пункта. Штурмовая пара — ползла вперед, подбираясь к хижине.

Странное дело, кстати. Хижина явно пастушья, овец нет — а люди в ней есть. Наблюдательный пост? Неужели — ракетчики?

Волк подобрался к хижине слева, Тень — справа. Возня и стоны, которые были слышны и отсюда — подсказали, что там происходит…

Твою мать… Бордель на овечьем дерьме.

Подбираясь к цели, они вымазались в овечьем дерьме с головы до ног и не были этому рады.

Волк достал самодельный шокер — на стандартном аккумуляторе, он не причинял боль — а вырубал капитально, минуты на три как минимум. У них был и яд сонного паука — но он вырубал капитально, на несколько часов как минимум, а после шокера последствия минут на пять. Тень, держа пистолет наготове — начал считать…

На счет «три» — Волк вломился внутрь, саданул ногой и тут же ткнул электрошокером. Сухо треснул разряд, кто-то вскрикнул. Вломившийся следом Тень особо не раздумывая пробил ногой как футболист, так что даму аж отбросило.

Твою мать…

И Волк и Тень были привычны ко всякому — а Тень даже служил в спецназе УИН до того как попасть сюда — но сейчас их чуть не стошнило от омерзения. Чех трахал не женщину — мальчика лет двенадцати, который сейчас пытался встать. От вони и от этого зрелища — тошнота подступала к горлу…

— Твою мать… — сдавленно проговорил Волк.

— Аллах Акбар!

Русский язык, видимо, был пацану знаком — он метнулся за автоматом, прислоненным к каменной стене хижины. Тень врезал ему ногой, хорошо врезал, пацан снова отлетел, бросился уже на русского, лязгая зубами как бешеный. Тень был вынужден ударить его еще раз, на сей раз прикладом и совсем не по-детски. Попал — пацан потерял сознание. Волк — достал пластиковую полоску наручников, с треском затянул на запястьях чеха.

Выйдя, Тень показал жестом — общий сбор.

Филин все же не сдержался — увидев такое, отбежал за хижину, держась за стену, вывалил себе под ноги съеденный утром сухпай. Подурнело бы любому…

— Что здесь — подойдя, спросил МакНиллан.

— Сам глянь — огрызнулся один из русских.

МакНиллан зашел в хижину — и тут же вышел, сбледнувший с лица.