Чужая земля

— Таких животных на земле нет. И быть не может!

— И что с того…

Простой вопрос — вогнал Чамберса в ступор. Он просто не хотел сам себе задавать вопрос — ну и чего?

— Вот что, напарник… — сказал Гибсон — если уж мы попали в такое дерьмо, надо просто выбираться из него. Лично мне насрать, сколько рогов у местных зверей — один, два или десяток. Здесь есть самое главное. Здесь есть люди, их видели и ты и я. А я — еще и слышал обмен по рации, где говорили об англичанах. Нам нужно просто выйти к своим — при этом желательно живыми и со всем с тем, что есть в кузове. Как план?

Чамберс немного подумал.

— А что, у нас есть выбор, сэр?

Сержант подмигнул.

— Нет выбора, напарник. Никакого."

"Откровенно говоря — и сам сержант подозревал, что дело неладно. Где-то идет бой, упоминают инглизи — англичан — значит, это зона боевых действий. Но он не видел ни самолетов, ни вертолетов, ни блокпостов, кроме вражеских — получается, что огромная территория находится вообще все всякого контроля. Оружие лежало в кузове свободно — если бы это была зона боевых действий, их давно заметили бы либо с беспилотника, либо — с патрульного Нимрода. Современные средства слежения позволяют заметить прыщи на заднице какого-нибудь Абдаллы, не то что машину с кузовом полным оружия. И выслали бы воздушный патруль или просто уничтожили бы.

Так что это за ваххабитский заповедник, мать твою…

Надо было готовиться ко сну…

Съев немного сушеного мяса и разделив лепешку на двоих — сержант подумал, что завтра надо пристрелить… да хоть такую же тварь в тонну весом, мясо оно и есть мясо — они начали строить оборону на случай ночного нападения. Можно было бы разжечь костер — но Гибсон поопасался это делать в незнакомой местности. Может загореться трава, с дороги могут прийти двуногие и четвероногие хищники — а они, как они уже успели убедиться — чрезвычайно опасны здесь, что те, что другие. Машину они загнали на возвышенность, местность хорошо просматривалась и простреливалась — за исключением случая, если кто-то подберется ползком по траве. К приборам ночного видения у них были батарейки — но сержант решил, что включать приборы они будут в самом крайнем случае — еще непонятно, сколько им идти и что будет на следующую ночь. Лучшее место для поста — это в кузове, за пулеметом, а лучшее место для сна — это в кабине, там хоть и узкая полка за сидениями — а есть. Сержант взял моток лески — он у него был всегда при себе — и из трофейных гранат поставил в траве растяжки, решив, что снимет их утром — а вечером снова поставит, и так будет делать каждую ночь. Гораздо лучше было бы использовать для растяжек сигнальные мины — но их у него не было. Наскоро объяснил Чамберсу — как пользоваться крупнокалиберным пулеметом.