Край чужих земель

Мы теряли деньги на дороге, теряли на том, чтобы начать производство наших изобретений. Я надеялась, что все это мы восполним зимой. Но сейчас, пока был сезон и можно все проверить опытным путем, нам с Варисом надо создать прототипы – самые первые модели.

В конюшнях нашлись плуги, бороны. Но все это было очень тяжелым. Мы пришли к выводу, что все поле пахать нет необходимости. Наши задумки с проходами для лошадей сильно упрощали работу. Эти тяжелые орудия смогут нести только несколько лошадей или бык. Быка мы купим обязательно, а вот две лошади в нашу межу не войдут. А она станет стандартной для всех полей, где мы будем использовать наши приспособления."

"Днями, когда было время, я ходила в гости к Карисе. За первым полем нужно было пройти лес, пересечь мосток через небольшой ручей, подняться в горку и там открывался вид на ее избушку. Бревна тонкие, неочищенные от коры, но лет им было достаточно, чтобы показать свою крепость даже в таком виде. Земляная крыша, покрытая травой и мелкими кустами, опускалась до земли и одной стороной упиралась в пригорок. Именно так я представляла себе в детстве домик колдуньи.

Как я поняла, стекол в этом мире либо еще не придумали, либо они были слишком дороги. Летом окна настежь. Некоторые догадывались затянуть их ветхими тряпицами, чтобы не жрала мошка и комары. Зимой ставни закрыты круглосуточно, и скорее всего в помещениях темень стоит с утра до вечера.

Кариса была опытной травницей и лекаркой. В небольшом пристрое за домом она хранила пучки разномастных сборов и рассказывала мне, что, когда ее не станет, я легко здесь все найду, потому что «здесь от горячки, а вот этот угол забит травами от простуды или кашля».

Я привыкла к тому, что ее поведение менялось как погода весной. То она адекватная и мудрая, то несет такую чушь, что и подумать страшно, что в этом есть смысл. Но после случая, когда она предсказала мне приезд барона, я внимательно слушала даже самый бредовый ее бред.

— Темно скоро будет, а ты одна, госпожа. В тебе хоть и есть вторая умная, пожившая, но все же, пора домой, - вдруг сказала мне она в один из таких вечеров, когда и правда, пора было идти домой.

— Во мне? – переспросила я, словно пытаясь переубедить ее в сказанном, делано улыбнувшись и удивившись.

— А в ком же? Наша госпожа теперь новый человек.

— Кариса, мне не о себе надо знать, а о брате. Об Истане, - стараясь сменить неугодную для меня тему, спросила я.

— Судьба твоя теперь в его руках, госпожа. Он уже в пути, - снова размыто сказала Кариса и пошла меня провожать до ручья.

Она стояла там до тех пор, пока я не перешла лес. Ее все еще яркий, хоть и выцветший порядочно, передник мелькал, когда я оборачивалась.

— Да, радоваться, видимо, нечему, - сказала я сама себе.