Край чужих земель

Неужели я что-то упустила, чего-то не учла, или вообще, изначально была неправа? Деньги теперь у нас были. И доход, который организовали мы с Варисом, скорее всего, должен быть постоянным, но Истан…

— Я отправил сани с грейдером к границе, чтобы забрать людей. Уже должны вернуться, - голос брата не был печальным, не был злым или обиженным. Впервые я слышала голос взрослого мужчины.

— Истан…

— Алисия, это дело я начал сам, и тебе не за что корить себя. Идите отдыхать, а завтра я сам отправлюсь на постоялый двор другого королевства. Интересно, что там говорят, если они проехали не по нашей земле, - он сел напротив меня и положил шапку на стол.

Мария с Варисом были в кухне. Она настояла, что ему стоит погреться возле печи после многочасового пребывания на улице.

Запас еды в кухне не пропадет: им накормят работников. А вот настроение… его вряд ли получится вернуть. Я не хотела сдаваться, но сейчас от меня ничего не зависело. И в какой-то момент что-то внутри меня подсказало сдаться. Стыдно было перед Истаном. Вернее, даже не стыдно, а обидно, что парень вложил так много сил. Сможет ли он продолжать это дело или у него опустятся руки?

— Люди вернулись. Я все проверю сам, и будем отдыхать, - скомкав шапку, он стянул ее со стола и вышел на улицу, впуская в столовую хорошую порцию снежной пурги. Снег моментально таял на полу жарко натопленного помещения, оставляя мокрые пятна.

Через пару минут Истан влетел обратно, но уже не закрыл за собой дверь. Он прошел к кухне и зычно прокричал:

— Грейте печи, за нашим грейдером приехали целых семь саней и, говорят, за ними едут еще! Дорогу перемело, и никто не мог проехать. Метель идет на нас! – его глаза расширялись от удивления, как будто не он сам принес нам эту новость, а слышал вместе с нами. Из кухни выбежала Мария, за ней три девушки и Мариса, которая в ту же минуту принялась отдавать распоряжения.

Сердце вдруг забилось так часто, что казалось, сейчас выпрыгнет из груди. И куда делось навалившееся отчаяние? Словно кто-то отмыл начисто, как окна, все пятна на душе. Стало чисто и светло.

— Истан, хорошо, что ты отправил туда лошадей! – только и смогла сказать я.

— Там наши люди ждали проезжающих в кое-как сколоченных теплушках, Алисия. Я не мог их там оставить на ночь, - он говорил так, словно всю жизнь заботился о крестьянах в замке, переживал за каждого, кто зависел от него.

Слезы наворачивались на глаза не от радости, что гости у нас будут, что все получилось, и у нас все же есть шанс, а оттого, что брат так изменился. В памяти всплыл тот Истан, голос которого я услышала, когда пришла в себя в замке. Ему не было дела до сестры, он просто хотел устроить свою жизнь. Сейчас передо мной стоял взволнованный своим успехом мужчина.