Кафедра зельеварения

Легкий, незаметный пасс – и из кабинета можно выйти. Но никто не сможет туда войти.

Рийс сделал шаг вперед, обнял девушку. Склонился к ее губам.

Браслеты зазвенели. Возмущенно. Смущенно. Радостно.

– Я тебя люблю, – прошептал он.

– Рийс, что будет с Риной?

– Пожалуйста, не заставляй меня выбирать между тем, что я должен сделать, и моими чувствами к тебе.

– Значит, вчера ты заколдовал меня, потому что был должен?

– Во-первых, это был мой заместитель. Он решил, что ты нападешь на меня. И спасал своего глупого влюбленного начальника от собственной невесты.

– Во-вторых, против Рины очень серьезные улики.

– Кинжал? Который мог взять в залах кто угодно?

– Тут ты ошибаешься – оружие приняло Рину. И постороннему его не так просто взять в руки.

– Но Дженни кидала этот самый кинжал! Правда, руку обожгла.

– Допустим. Хотя исследования показали, что именно Рина держала его в руках, когда был нанесен удар. Понимаешь? Это совершенно точно ее аура. – Рийс налил вина, протянул девушке кубок. – Мы нашли место преступления. Неподалеку от трактира, где гуляли демоны и маги-боевики. Мне не удалось там что-либо обнаружить. Все смыла вода. Но если обнаружатся следы Рины…

– Пожалуйста, Рийс! – Шарль все же сделала глоток, чтобы успокоиться. – Я точно знаю, что Рина не убивала. Она предала меня – да. Вела себя недопустимо. Но она не убивала!

– Откуда такая уверенность?

Маг смотрел на любимую с сочувствием. Как же это, должно быть, больно – потерять единственного человека, что связывал тебя с прошлым. Бедная, бедная его прекрасная девочка. Его ослепительная герцогиня, его вер-ли-ни.

– Ее магия, – холодно, но очень резко произнесла Шарль, и это вырвало мага из вихря нахлынувших чувств и мыслей.

– А что с ее магией? Четыре стихии. Огонь подчинился не так давно. Уровень выше среднего, но еще работать и работать.

– Я говорю не о магии стихий, – терпеливо отчеканила девушка каждое слово, – я говорю о магии рапи.

Рийс резко повернулся, побледнев.

– Браслеты Рины по-прежнему поют?

– Браслеты? Поют? Я… я не знаю.

– Если так, следовательно, наша магия – с ней. Женщина не должна быть убийцей, от нее уйдет магия! От нее и ее потомков по женской линии. Это самое страшное, что может случиться с женщиной. Это… страшнее смерти!

Бер осторожно постучал. Не получив ответа, аккуратно приоткрыл дверь.

Казалось, девчонка не поменяла позы с того момента, как он заходил к ней ночью с профессором Дин. Рапи так же сидела на кровати, забившись в угол, подтянув колени к груди и обняв себя руками. Ее красноватая кожа стала серой, волосы цвета коры алояблони полностью скрывал надвинутый на лицо палантин. Ступни ног спрятались под шаровары, кисти рук – в рукава мантии. Один нос торчал.

Бер улыбнулся, сам не понимая, чему.