Зажечь небеса

– Ты и не готов. – Тренер хохотнул. – Твои навыки управления коляской далеки от совершенства, мягко говоря, но ты быстрый, а мне нужна скорость. Зак потянул запястье, так что он выбывает, а ты в деле. Готов к борьбе?

«К чему ты готов, Носочный Мальчик? К гонке в инвалидной коляске? На глазах у толпы?..»

– Я в деле, – ответил я. – Я это сделаю.

– Отлично. Тренировки во вторник и в четверг, как обычно. Вне зависимости от погоды – хотя, надеюсь, она будет хорошей.

– Увидимся во вторник, тренер.

Охватившее меня радостное предвкушение быстро сошло на нет. Неужели теперь моя жизнь станет такой? Плохие дни будут еще хуже, а хорошие будут омрачены отсутствием Отем? Всё то же самое, только чуточку хуже? Потому что я сам разрушил наши отношения.

В памяти всплыли слова профессора Ондивьюжа:

«Ты должен бороться за себя, за того, кто ты есть. В конце концов, борись за себя и за свою любовь. За ту, кого ты любишь».

Я переключал каналы, пытаясь понять, как можно бороться за тех, кого любишь, не навредив им.

Смеркалось, из-за дождевых облаков ранний вечер казался ночью. Свет исходил только от экрана телевизора, черно-белые кадры зловеще поблескивали.

– Открыто! – крикнул я, не оборачиваясь. – Просто оставьте на столе. Деньги там же.

– Спасибо, но я здесь не ради денег.

Мое сердце остановились, а потом сорвалось с места в карьер, я повернулся и увидел Отем.

Я кивнул, не в силах произнести ни слова. Девушка сняла куртку и повесила на вешалку.

На ней было темно-синее платье до колен, дождевые капли в рыжих волосах поблескивали, как бриллианты.

– Привет, – сказала Отем, открывая сумочку.

Я увернул звук в телевизоре и уставился на Отем. Боже мой, оказывается, до сих пор я просто умирал от необходимости увидеть ее лицо. Несколько секунд я впитывал ее образ, потом наконец обратил внимание на тетрадь, которую девушка держала в руках.

У меня перед глазами мгновенно всплыли воспоминания о том, как я записывал свое последнее стихотворение в Сирии, в ушах загремели взрывы, пронзительные крики и выстрелы. Рядом взорвалась граната, расколовшая мою жизнь и в то же время спасшая меня. Секунды, в течение которых я совершал свой последний забег на двух ногах, которыми больше никогда не смогу воспользоваться. Тетрадь с посвященными Отем словами лежала у меня за пазухой, под сердцем, пока я бежал спасать своего лучшего друга.

– Я думал, она потерялась, – сдавленно проговорил я.

– Так и было. А теперь она нашлась.

Отем присела на корточки возле моих ног и протянула тетрадь мне. В ее глазах светилась доброта и…

Я не смел надеяться. С другой стороны, разве она пришла бы ко мне, если бы не простила?

Дрожащими пальцами я открыл тетрадь и стал читать стихотворение вслух.