Зажечь небеса

Странно: эта мысль почти меня не задела. Вообще-то мне было абсолютно всё равно.

– Можно войти? – спросила она.

– Это же твоя квартира, – пробормотала я. – Тебе не нужно мое разрешение.

– А мне кажется, нужно. Не говоря уже о том, что ты похожа на вампира. Разве вампир не должен пригласить человека в свой дом?

– Наоборот, – ответила я. – Это человек должен пригласить вампира к себе домой, иначе кровосос не сможет переступить порог. Итак… – Я распахнула дверь шире. – Ты входишь?

Я вернулась в свое гнездо на диване, и Руби последовала за мной.

– Нервничаю просто ужасно, – призналась она, – но мне очень нужно с тобой поговорить.

– Ни в чем себе не отказывай, – проворчала я, утыкаясь взглядом в телеэкран.

– Так вот… – Она присела на другой край дивана, у моих ног. – Во-первых, ты должна знать: я совершенно не планировала начинать отношения с Коннором.

– Знаю. Он мне об этом сказал вчера вечером. Он заявился к тебе внезапно, вы дружили…

– Нет. Я испытала шок, увидев его.

– Извини, ошиблась. Ты захлопнула дверь у него перед носом, потом вы стали друзьями, а потом начали спать вместе. Конец сказки.

– Вот только это не конец, – заявила Руби. – Это только начало. Мы с ним… я еще никогда не чувствовала ничего подобного. И я сто раз хотела всё тебе рассказать.

В фильме наступил День святого Валентина, и Миранда пыталась извиниться перед безутешной Кэрри, за то что слишком долго не рассказывала ей важный секрет.

Я подтянула колени к груди, обхватила себя за плечи и посмотрела на Руби.

– Я не хотела причинять тебе боль, – сказала она.

– Ха-ха. Это я уже слышала. Почему все вокруг задались целью во что бы то ни стало меня защитить? Я что, хрупкая снежинка, которая растает, если на нее подышит красивый парень? Я не смогу сама справиться с правдой?

– Слушай, я очень рада за вас с Коннором. Возможно, однажды мы сядем и в дружеской обстановке сравним свои впечатления о том, каков он в постели.

– Обязательно говорить гадости?

Она ожгла меня сердитым взглядом.

– Это не ты сейчас говоришь, – заявила она, скрещивая руки на груди. – Весь этот сарказм и демонстративное равнодушие ко всему происходящему. Тебе не всё равно, Отем, но это не делает тебя слабой.

– Правда? Никто в меня не верил, даже я сама. Я никогда в себя не верила, и это недоверие, как вирус, распространилось на всех окружающих. Эти двое дурачили меня много месяцев подряд. Лгали мне, зная, что я клюну на всю эту романтическую чепуху, потому что я дурочка и безнадежный романтик. И ты тоже это знала.

– Еще несколько дней назад я ничего не знала. Мы вернулись в Бостон не просто так. Как только Коннор мне всё рассказал, я поняла, что нужно вернуться. Вот только я ничего толком не спланировала, и Коннор мне тоже не помог.