Все радости - завтра

Вас выдают нежные губы, так же как и эта бешено пульсирующая сейчас жилка на вашем прекрасном белом горлышке.

Скай была на мгновение обескуражена. Откуда этот мальчишка, король Наварры, мог столько знать о женщинах? Но, собрав все свои силы, она холодно ответила:

— Жилка у меня на горле бьется просто оттого, монсеньор, что ритм этого танца слишком быстр.

Генрих проницательно улыбнулся:

— Вы сообразительны, дорогая. Мне нравятся женщины, которые могут предложить мужчине кое-что, кроме красоты.

— Я вам ничего не предлагала, монсеньор, и не собираюсь предлагать. Буду откровенной, чтобы между нами не было недопонимания. Я выхожу замуж по любви. И никогда не предам моего будущего мужа, Адама де Мариско, ни в чем. Так что теперь, когда я сообщила вам все, что необходимо, монсеньор, я полагаю, вы прекратите это бесплодное преследование.

— Погоня за любовью и красотой не бывает бесплодной, дорогая, — последовал ответ.

Скай начал раздражать этот навязчивый король.

— Монсеньор, я не сомневаюсь, что сегодня этот зал полон женщин, которые, не колеблясь, пошли бы на убийство ради того, чтобы уснуть в вашей постели. Однако я не из их числа!

Танец окончился, и, к ее облегчению, рядом с ней оказался Адам. Скай сделала глубокий реверанс и, взяв под руку жениха, позволила ему увести себя. Адам тихонько посмеивался.

— Судя по физиономии этого монсеньера Наваррского, дорогая, ты круто осадила его.

— Просто негодный мальчишка! — вспыхнула Скай. — Он считает себя неотразимым!

— Такова его репутация, Скай.

— Он просто не понимает, когда ему говорят «нет».

— Но он очень редко слышит это слово, моя милая. Скай остановилась и, глядя ему в глаза, спросила:

— Неужели ты ни капельки не ревнуешь меня, Адам? Этот король хочет соблазнить меня!

— Честно говоря, я в бешенстве, но нужно подумать и о нашем будущем. Если Елизавета откажется признать наш брак и мы не сможем вернуться в Англию, то единственное наше убежище — Франция. Однако и во Франции мы не будем в безопасности, если я убью или раню принца крови на дуэли. Поэтому мне приходится сохранять хладнокровие. Поверь мне, Скай, я вовсе не равнодушен к этому. Пока я стоял и смотрел, как он обнимает тебя и оценивающе раздевает глазами, мне больше всего хотелось взять этого щенка за горло и придушить. Скай улыбнулась:

— Как ты думаешь, твоя мама не очень обидится, если мы сейчас уедем домой? Мы можем прислать за ними карету, тут недалеко.

— Но почему же, милая, ты хочешь покинуть столь роскошный бал? — стал поддразнивать ее Адам.

— Потому что мои губы, созданные, как уверял меня король Наварры, для поцелуев, жаждут целовать тебя. Потому что я соскучилась по твоим рукам.