Все радости - завтра

Скай, также ужинавшая в одиночестве и искупавшаяся, насколько это было возможно, в деревянной ванне, должна была ожидать своего хозяина в алькове. Он приходил, брал ее дважды, а затем проваливался в глубокий сон. Он стремился просто удовлетворить свои сексуальные потребности, и для Скай это было облегчением. На ее месте в это время могла бы быть любая другая женщина, и это внушало ей надежду, что его страсть к ней угасает по мере приближения к Фесу и его большому гарему.

За неделю до прибытия в Фее они встретили другой караван, также хорошо охраняемый, направляющийся из Феса на побережье. Большинство торговцев были знакомыми Кедара, и он решил устроить для них ночную Пирушку. Было зарезано несколько ягнят, и они жарились на вертелах. Они встретились со вторым караваном ближе к вечеру, у горного ручья, поэтому они рано раскинули шатры. Скай было разрешено искупаться в ручье, и она с радостью вымыла голову, так как ее волосы, несмотря на все расчесывание и заботу Зады, оставались пыльными. Даже Зада обрадовалась и после купания затерла мокрые пряди Скай розовым маслом.

Вернувшись в шатер, они обнаружили там ждущего их Кедара. Он скользнул по ней взглядом, особенно порадовавшись мягкому облаку ее благоухающих волос.

— Я хочу, чтобы ты сплясала для моих гостей сегодня ночью, — сказал он. — Ты знаешь танец покрывал?

— Да, господин. — Скай была поражена: он, постоянно одержимый идеей сокрытия ее от взглядов других мужчин, теперь хочет, чтобы она танцевала перед его друзьями.

— Тогда ты исполнишь его, мое сокровище, и пусть твои волосы будут распущены, как сейчас.

— Господин, хорошо ли это — показывать меня другим мужчинам?

— Ты споришь со мной, Муна? — В его голосе послышалась угроза. , — Мой господин, я только подумала… — начала она.

— Ты подумала?! Рабы не думают, Муна. Они подчиняются, и, хотя я уже приказал тебе, ты пытаешься спорить со мной.

— Нет, нет, господин! Разве посмею я ослушаться тебя, клянусь, что нет! — Скай испугалась и отчаянно пыталась ублаготворить его — у него сегодня было такое настроение, что его выводила из себя любая мелочь.

— Мне кажется, мое сокровище, что ты нуждаешься в уроке послушания. — Протянув руку, он провел пальцами по ее щеке, но его холодные глаза были полны гнева. — Ты огорчила меня, » Муна.

Скай содрогнулась от его прикосновения и услышала, как сзади Зада со свистом втянула в себя воздух.

— Прошу тебя, господин! — прошептала она, н ее глаза наполнились слезами.

— Даган! Палку! — Его голос был ледяным. Сердце Скай забилось, и она упала на колени, охватив руками его ноги — Прошу, господин, только не бастинадо! Я рабыня господина Кедара. Я существую только для его удовольствия.