Все радости - завтра

— День добрый, дочь моя, — холодно приветствовал он ее. Скай зарделась при виде Османа и улыбнулась.

— Не могу не обвинить тебя в том, что не предупредил меня о похотливости твоего племянника, Осман, — сказала она, — но ты не говорил мне, что он велик, как бык, и совершенно ненасытен. Я чуть не умерла в его объятиях прошлой ночью. И все же это единственный путь попасть в Фее и спасти моего мужа. Итак, теперь мы можем поговорить серьезно.

— У тебя есть сомнения, я вижу.

— Насколько верно, что твой младший племянник Гамаль поможет мне спасти Найла? Если он и в самом деле любит принцессу, у него могут быть свои соображения.

— Я постоянно на связи с Гамалем, Муна. — Осман пристально взглянул на нее. — Но если он и переменит свои планы, что ты будешь делать? Не оставишь же ты своего мужа в гареме принцессы? — Нет, Осман, нет. Я постараюсь найти выход.

— Я знаю, — был ответ, — и твоя судьба — поездка в Фее.

— А что говорят звезды о возвращении, Осман? — Скай смотрела ему прямо в глаза.

— Ты увидишь зеленые луга твоей родины, дочь моя, — последовал уклончивый ответ. — Скажи же мне теперь, что еще беспокоит тебя?

— Твой племянник. Осман. Он чрезвычайно ревнив. Предоставит ли он мне хотя бы немного свободы, или я буду замкнута в стенах его гарема?

— Я поговорю с ним, Муна. Он сказал, что собирается остаться в Алжире еще месяц. Я постараюсь убедить его предоставить тебе свободу в передвижении по городу, разумеется, с надлежащим сопровождением.

— Он собирается быть тут еще месяц? Осман, нельзя ли уговорить его не тратить здесь время попусту? Ты сам сказал, что дорога каждая минута!

— Он прибыл только вчера, дочь моя. Не могу же я отослать его сразу назад. Не знаю, что у него за дело, но думаю, что скоро узнаю. Тогда, возможно, смогу ускорить его отъезд. Будь терпеливой, дочь моя. Ты еще не поняла, что все происходит в свое время и ни на мгновение раньше.

В дверь постучали, и рабыня просунула голову в комнату.

— Господин Кедар послал своего раба Дагана за Муной. Скай кивнула.

— Я иду, — ответила она, и голова исчезла. Скай поднялась. — Сейчас всего два часа пополудни, — сказала она, слегка позевывая. — Я не спала и шести часов. Один Бог знает, на сколько меня хватит!

— Вероятно, вечером он пойдет на пир с друзьями и оставит тебя, — успокоил ее Осман.

— Но потом он вернется. Друг мой, и я должна буду ожидать его в нетерпении.

— И будешь, — спокойно сказал Осман.

— Да, — ответила Скай, — буду.

Она вышла, а Алима с тревогой посмотрела на мужа.

— С ней будет все в порядке, муж мой? Плохо же мы отплатим за доброту Халида эль Вея, если подвергнем ее опасности!

— Ты просто нежный цветок, моя Алима, — сказал Осман, — а Скай, несмотря на ее изящную внешность, крепка и гибка, как сталь толедского клинка. Ее нельзя сломить.