Все радости - завтра

Скай плакала так сильно, что, казалось, слезы должны были уже кончиться, но рыдания продолжались, пока ее глаза не распухли от соленых слез. Она чувствовала его близость, биение его сердца у ее уха, его гладкую кожу и теплый мужской аромат. Наконец рыдания начали затихать и прекратились. Она продолжала лежать в его объятиях, не желая поднимать глаз на него, не желая видеть его, и он понял ее настроение.

— Вам не следует стыдиться, doucette, — сказал он спокойно. — Когда я впервые увидел вас, я знал, что это будет.

Его уверенность покоробила ее, но, прежде чем она успела что-нибудь ответить, в ее дверь заколотила Дейзи, крича:

Никола Сент-Адриан выскользнул из постели и исчез из комнаты, затворив за собой маленькую дверцу. «Как раз вовремя», — подумала Скай, поправляя постель. И тут дверь в комнату приотворилась и появилась физиономия Дейзи:

— Госпожа! Вы спите?

— А? Что? — сонно пробормотала Скай, не откидывая покрывала и моля Бога о том, чтобы Дейзи не зашла в комнату слишком далеко и не увидела разорванную рубашку на полу и совершенно нагую госпожу под покрывалом.

— Герцог, госпожа! С ним хуже.

— Иди и разбуди месье барона, — приказала Скай, — а потом найди Эдмона.

— Хорошо, госпожа. — Голова Дейзи исчезла, и дверь снова захлопнулась.

Скай соскочила с постели и побежала к шкафу, чтобы достать другую ночную рубашку, заталкивая на ходу остатки старой под кровать. Она нашла свое легкое бархатное платье среди белья и надела его. Поспешив к столику, она схватила щетку и пробежалась по спутанным волосам, приводя их в порядок. Босоногая, она устремилась к двери у изголовья кровати, и вбежала в спальню мужа.

Тут уже были отец Анри и врач Матье Дюпон. Священник читал последние молитвы Фаброну, и она взглянула на доктора:

— Месье Дюпон! Что случилось с мужем?

— Увы, мадам, то, чего я так опасался. Второй удар, и на этот раз смертельный. Удивляюсь, как его не убил первый удар, тем более что после этого были еще слабые удары.

Теперь в этом нет сомнений. Скай подошла к кровати мужа.

— Я здесь, дорогой, — сказала она громко, чтобы он услышал.

Черные глаза Фаброна де Бомона открылись, и рот искривился в улыбке. Невероятным усилием ему удалось взять ее за руку, и его рука, высохшая и легкая, как перышко, была холодна — признак близящейся смерти. Скай едва поборола в себе желание оттолкнуть ее. Внезапно, к удивлению всех присутствующих, герцог произнес:

— Где барон? — спросила Скай. — Немедленно приведите барона!

— Я здесь! — Из тени появился Никола, закутанный в зеленый бархатный халат.

Фаброн долго смотрел на своего сводного брата и наконец вымолвил:

На глаза Скай навернулись слезы, и ее муж, глядя на нее, произнес последние слова в своей жизни.