Завещание сына

Она в курсе…

Ерожин вошел в лифт и почувствовал легкое волнение. Вот старый кобель! При одном слове «красавица» сразу заерзал, подумал он и вспомнил предостережение генерала Еремина. Впрочем, ростовская племянница Петровича в управлении работать никак не могла.

Лифтерша не обманула, дверь открыла очень красивая молодая женщина. Петр Григорьевич представился, и ему предложили войти.

– Дядя с тетей должны скоро быть. Обещали к девяти, сейчас уже половина. А я Наташа, – улыбнулась племянница, помогая Ерожину снять куртку.

– Что вы? Я сам, – смутился подполковник и подумал, что имя Наташа ему по жизни встречалось. Наташей звали его первую жену, а не так давно он познакомился с еще одной Наташей. Но об этом начальник отдела по раскрытию убийств предпочитал не вспоминать…

– Можно я вам чаю на кухне предложу, – спросила молодая женщина мягким южнорусским говорком. Ерожин только что пил чай у Аксенова, но возражать не стал.

– Вы давно в столице?

Прихлебывая чай, посетитель старался не рассматривать высокую грудь и длинную шею племянницы Петровича.

– Три дня. И ничего не видела. Знаете, одной в Москве без привычки трудно. Такая суматоха, того гляди, заблудишься, – виновато улыбнулась Наташа.

– Я теперь служу, но если хотите, на один из выходных мог бы стать вашим гидом, – предложил Ерожин.

– А это вам не в тягость? – Девушка покраснела и более внимательно вглянула на гостя прекрасными карими глазами.

– Вовсе нет. Запишите мой служебный телефон и позвоните в пятницу, в конце рабочего дня.

Подполковник продиктовал номер. Визитки для начальника отдела по раскрытию убийств напечатать еще не успели. Наташа записала и покраснела еще больше. Белобрысый моложавый москвич ей явно нравился."

"Писательский поселок Переделкино давно обступили новостройки Москвы. Район Солнцева, обнимая Переделкино с юга, тянулся в область гораздо дальше. Появился он на месте деревни Суково, переименованной позже, видимо по соображению благозвучия, в Солнцево. Этот спальный придаток столицы благодаря местному мощному криминальному клану успел заработать репутацию одного из преступных центров. Солнцевская братва наводила страх не только в своей округе, интересы бандитской группировки распространились гораздо дальше. Но Переделкино административно продолжало числиться за областью.

Подмосковное местечко имело богатую историю. В тридцатых годах Сталин подписал указ, в котором земля от деревни Переделкино до Минского шоссе на западе и до полотна Киевской железной дороги на юге отдавалась под застройку писательских дач. С тех пор тут проводили летние месяцы, нередко и круглый год, многие мастера советской литературы.