Завещание сына

– Надо подумать…

– Папа, а мы в Уголок Дурова завтра пойдем?

– Никита, мы же сегодня все видели. – Николай даже растерялся.

– Ну и что? Давай пойдем еще, уж очень там круто.

– Поглядим… – неопределенно промычал отец, опустил мальчика на ковер и быстро направился к двери.

– Не перекусишь? – с надеждой предложила Маша.

– Нет, милая. Лимит времени исчерпан.

– Хоть к ужину ждать? – улыбнулась женщина. Но глаза ее смотрели с тревогой.

Что-то чувствует, понял Грыжин.

– Насчет ужина не скажу, но поздно не задержусь, – успокоил он супругу и, не дожидаясь лифта, побежал вниз по лестнице. Петрович успел развернуться. Грыжин забрался на заднее сиденье и, откинувшись на спинку, замер.

– Куда теперь, Коля? – нарушил молчание Петрович. Грыжин не отвечал. Петрович повторил вопрос и повернул ключ зажигания.

– Не знаю…

Старого водителя так удивил ответ шефа, что он на минуту лишился дара речи и заглушил движок. Молодой хозяин обычно кроил свой день поминутно. Даже секундная стрелка на его «Ориенте» не была лишней деталью. И вдруг «не знаю».

– Что ты сказал, Коля? Прости, я не понял… – растерянно переспросил Петрович. Николай промолчал и позвонил по мобильному Аксенову.

– Иван Вячеславович, вы уже пообедали?

– А ты, Коля, где? – отозвался генеральный директор.

– Я в городе. Сына водил в Уголок Дурова. Если вы еще не обедали, мы бы могли встретиться, ну, скажем, в Пекине. Там днем тихо и кормят интересно.

– Не возражаю, – не без удивления согласился Аксенов. Они хоть и работали вместе больше двух лет, но подобного предложения генеральный директор от своего молодого зама раньше не получал.

– Подбросишь меня на площадь Маяковского И свободен, – распорядился Николай.

– Сделаем. – И Петрович плавно тронул с места.

Грыжин ехал на встречу с Аксеновым и силился понять: как же это он раньше упускал возможность поболтать с Никиткой? Сходить с ним куда-нибудь? Ну хоть в тот же Уголок Дурова семь раз в неделю, раз пацану хочется. Это ведь такое счастье, гладить мальчишку по голове и знать, что придет завтра, потом послезавтра и так много лет, пока сын не вырастет и не станет мужчиной. Как здорово дожить до старости и дождаться внуков. Они бы с Машей постарели и гуляли по дачным аллеям, пили на террасе чай из отцовского самовара и высматривали в окно взрослых детей из города. Почему я лишен всего этого?

– Коля, ты что-то сказал? – насторожился Петрович и притормозил.

– Нет, ничего. – Грыжин тряхнул головой и сообразил, что они уже на площади Маяковского. Он попрощался с водителем за руку и направился к «Пекину».

«Форд» Аксенова уже припарковался. Николай вошел в вестибюль и увидел генерального директора возле зеркала. Аксенов причесывался.

– Я опоздал? – забеспокоился Грыжин и поглядел на часы.