Завещание

Деми горько вздохнула, вспомнив, как выглядели старенькие туфельки рядом с роскошью платья. Хорошо, что подол длинный и шлейф еще и обувь гостям была не видна. Но все равно к переживаниям перед самой церемонией и тем, что должно последовать дальше, добавились переживания как бы кто-нибудь не увидел потертую обувь невесты.

Волосы девушки высоко подняли и собрали в красивую прическу, полностью открывавшую шею и уши и хорошо дополнявшую образ. Подходящих к платью украшений у Деми не было, а герцогу в голову не пришло, поинтересоваться на этот счет. Не надевать же простые серебряные сережки, какие она носила? И Деми решила, что обойдется без драгоценностей, хотя, конечно же, соседи не преминут это заметить и обсудить.

В Храм Всесветлой Деми отвел отец и передал ее дрожащую руку в руку герцога.

Само венчание она помнила смутно. Что-то говорил жрец, играла тихая музыка, что-то спрашивали у нее и она отвечала — мать заранее сказала, что на все вопросы, которые ей задаст жрец, она должна сказать «согласна».

После этого правые руки жениха и невесты связали лентой и этими связанными руками они вместе положили к фигуре Всесветлой положенные дары. Жрец сказал что-то громкое и торжественное, вспыхнул яркий свет, дары исчезли и девушка почувствовала, что ее рука стала свободна. Муж — уже муж! — поднял вуаль и коротким холодным поцелуем ожег ее губы и тут же отступил. А на руке, где была лента, появилась татуировка — знак, что брак заключен. Почему-то красного цвета (Деми видела супругов среди аристократов и простолюдинов, но не помнила, чтобы у кого-то брачная татуировка была такая же).

Девушка вспомнила о татуировке и посмотрела на руку, обнимавшую колени — но к этому времени свечи догорели и разглядеть что-то было невозможно. Вздохнув, вернулась к воспоминаниям о самом счастливом, по мнению матери, дне для всех женщин.

За 3 недели, пока готовились к свадьбе, она ни разу не оставалась наедине с герцогом, да что там наедине — он ее форменно избегал. Деми робко взглянула на мужчину и невольно задержала шаг — герцог тут же резко дернул ее, побуждая идти быстрее.

— Нам надо уже встречать гостей в холле, не задерживай.

— Я не могу идти так быстро, платье тяжелое и шлейф еще, — тихо ответила Деми мужу.

— Мало того, что тщедушная, так еще и неуклюжая! — и герцог увеличил скорость.

В зал Деми почти вбежала и не смогла сразу остановиться и раздраженный муж дернул ее теперь уже назад и девушка подвернула ногу. Боль прострелила вверх по щиколотке в лодыжку, но наткнувшись на яростный взгляд мужа, юная герцогиня проглотила возглас и, собрав остатки самообладания, повернулась ко входу с улыбкой.