Зацепить 13-го

Может, даже сильнее.

Но сегодня обстоятельства сложились по-иному.

Сегодня меня не отвлекали ни Джоуи, ни Гибси.

Сегодня здесь были только мы с Джонни.

Со мной явно было что-то не в порядке.

Одно то, что я двадцать минут бегал под проливным дождем в поисках туфли, показывало, насколько я потерял голову из-за этой девчонки.

Когда я увидел, как Шаннон мечется по баскетбольному залу, стараясь не попасть под ноги азартным игрокам, во мне поднялась волна желания защитить ее, и я понял, что проблема куда серьезнее, чем я думал.

Я чувствовал потребность выскочить на площадку и сказать ее одноклассникам, чтобы все от нее отвалили.

Всю прошлую неделю я вел себя как безумный сталкер, высматривая ее в школьных коридорах, и возбуждение с каждым днем нарастало, потому что ее не было.

Я прощупывал почву, надеясь предотвратить любую хрень, которая могла возникнуть без моего ведома, и сообщал всем и каждому: кто посмеет сделать гадость ей, сделает гадость мне.

Слава богу, сегодня она вернулась в школу, потому что, если бы не вернулась, я собирался вечером поехать к ней домой.

С тех самых пор, как брат увез ее от меня, каждая минута каждого дня были отравлены тревогами о ней.

Я не знал, почему так себя веду.

Я лишь знал, что нечто внутри меня требовало защищать ее.

Я вообще не понимал, откуда это взялось и почему у меня появилось такое чувство, но оно было таким сильным, что я ощущал его на вкус.

Я не представлял, как реагировать на выкидыш у ее матери.

Ни малейшей наметки, как утешить Шаннон и при этом не переступить границ.

Похоже, у меня появилась привычка утешать эту девчонку.

Я понимал, что надо притормозить.

Когда я увидел ее бредущей под дождем — такую маленькую и растерянную, — я не смог остановиться и побежал за ней, перейдя все линии и превратившись в бульдозер.

Она очевидно не хотела, чтобы я подвозил ее домой, но я настоял.

И не только настоял: я насильно запихнул ее в мамин «ренджровер», слишком взвинченный и в растрепанных чувствах, чтобы отступить и послушать.

Да, с моей стороны это было тупо.

Нельзя было ее даже касаться.

Даже если я хотел помочь, нельзя так вести себя с ней.

Хуже того, если бы мама не подъехала, я бы почти наверняка поцеловал Шаннон.

И это пугало беспредельно.

А еще хуже то, что моя назойливая мамочка подставила меня и притащила Шаннон к нам домой.

Кошелек она дома забыла, подумать только!

Это женщина, у которой всегда с собой кредитка в заднем кармане.

Она специально так сделала.

Единственная, кто ничего не знал (и слава богу), была Шаннон.

И теперь она стояла в моем доме, смотрела на меня большими одинокими глазами и ждала от меня каких-то действий, а я был полностью выбит из колеи.

— Хочешь подняться ко мне в комнату? — спросил я.