Затмение

Мы будем вместе – как Элис и Джаспер. В следующий раз мне тоже найдется дело.

Я подожду, пока минует опасность. Пусть Эдвард успокоится. Но вообще-то, опасность не имеет значения. Я готова.

Не хватает только одного. Всего одной вещи, потому что кое-что совсем не изменилось, включая мою отчаянную любовь к нему. У меня было достаточно времени, чтобы обдумать возможное значение пари, заключенного Джаспером и Эмметтом, и решить, что именно я согласна потерять вместе со своей человеческой сущностью, а что – нет. Я знала, какое человеческое переживание хочу получить до того, как перестану быть человеком.

Поэтому сегодня ночью нам есть о чем поговорить. После всего что я видела за последние два года, я больше не верила в существование чего-то «невозможного». Чтобы остановить меня на этот раз, понадобятся причины посерьезнее.

Хотя, если честно, все будет наверняка не так-то просто, но я попытаюсь.

Несмотря на всю свою решимость, я все-таки нервничала, подъезжая к дому Эдварда. Я понятия не имела, с какого бока подойти к задуманному делу – неудивительно, что меня трясет, как в лихорадке. Эдвард сидел на месте пассажира и прятал улыбку: машину я вела со скоростью улитки. Странно, что он не попытался отобрать у меня руль; похоже, сегодня Эдвард предпочитает двигаться с той скоростью, на которую я способна.

К дому мы подъехали, когда уже стемнело. Лужайку заливал яркий свет из окон.

Не успела я заглушить двигатель, как Эдвард уже открывал мне дверцу. Одной рукой вытащил меня из кабины, другой взял из кузова мою сумку и перекинул себе через плечо. Потом впился в меня поцелуем, пинком закрыв дверцу пикапа.

Не отрываясь от моих губ, Эдвард поднял меня на руки и отнес в дом.

Я даже не знаю, была ли входная дверь уже открыта. Как бы то ни было, мы оказались внутри, и голова у меня кружилась. Пришлось напомнить себе о необходимости дышать.

Такой поцелуй меня ничуть не испугал. Это раньше я чувствовала, как страх и неуверенность пробиваются сквозь самообладание Эдварда. Теперь же, похоже, его не меньше меня обрадовала возможность провести ночь наедине. Несколько минут мы целовались, стоя прямо в прихожей. Эдвард казался гораздо менее сдержанным, чем раньше: его холодные губы нетерпеливо впивались в мои.

Во мне шевельнулась надежда: может, будет не так уж трудно получить то, чего я хочу.

Ну вот, похоже, трудности я предвидела не напрасно. Тихо посмеиваясь, Эдвард отстранил меня, удерживая на расстоянии вытянутой руки.

– Добро пожаловать домой, – сказал он.

Его глаза лучились теплом.

– Звучит неплохо, – запыхавшись, выдохнула я.

Он осторожно поставил меня на ноги. Я обхватила его обеими руками: не хочу, чтобы нас разделяло малейшее расстояние.

– У меня есть для тебя кое-что, – непринужденно сказал Эдвард.