Застава, к бою! (СИ)

— А чего Таран хотел? — Спросил Малюга, — что ему надо было?

— Думал, стоит ли оставлять Шамабад и уйти в опорник.

Услышавшие меня погранцы недоуменно переглянулись.

— Как это оставлять? — Спросил Миша Солодов удивленно, — эт че, мы зря, что ли, под пули тут, на заставе, подставлялись?

— Так если хотели увести нас в опорник, — подал голос Малюга, — Так сразу бы такой приказ ставили! А теперь что это получается? Мы с духами бодались-бодались, выдворяли их отседава, а теперь уходить⁈

Со всей линии обороны стали доноситься недовольные выкрики:

— Да!

— Точно!

— Как это так, заставу оставлять?

— Зря мы, что ли, тут шеи подставляли⁈

Я ухмыльнулся. Сказал громко:

— Тише, тише братцы. Все хорошо. Таран решил остаться. Будем отстаивать заставу. Не дадим духам прорваться к нам домой. И дальше, в глубокий тыл, тоже не дадим.

Пограничники все как один одобрительно загомонили.

— Так что, держим оборону! — С улыбкой сказал я.

Потом пошел в самый край, линии, где отдыхали остальные бойцы. Там Матузный сидел рядом с Нарывом."

"Нарыв был бледен. Он так и прижимал к груди автомат, и, казалось, даже не изменил положения, в котором я его оставил.

— Как он? — Спросил я у Матузного, опустившись рядом.

— Плохо, Саша, — вздохнул пограничник. — Рвало Славу несколько раз. Взгляд у него стал какой-то отсутствующий. Стеклянный.

Простой деревенский парень Матузный уставился на меня наивными глазами. Добавил:

— Видать, у Нарыва после контузии в мозгах что-то сломалось.

— Ничего, — сказал я, — пройдет. Судя по всему, контузия у него легкая. Через пару дней будет как новенький. Ну может, головной болью помучается.

— Идут! — Внезапно закричал Малюга, и мы с Матузным обернулись на его голос. — Духи идут!

— Отделение! — Я поднялся, — к бою! Покажем им, братцы, как погранцы умеют Родину защищать!

Глава 15

Впереди из темноты, раздались первые выстрелы врага. Дульные вспышки на миг проявлялись во тьме и тут же гасли.

Пограничники стали отвечать одиночными. Старались метить как раз по вспышкам вражеской стрельбы.

Перестрелка начиналась довольно лениво. Я засел за мешками, терпеливо ожидая очередную вспышку. Когда в темноте хлопнуло, и спустя долю секунды пуля попала в мешок где-то передо мной, я нажал на спуск. Автомат мой дернулся в руках. Я отправил пулю туда, откуда стреляли, тоже выцеливая врага по дульным вспышкам. Однако результата моего ответа рассмотреть было невозможно.

— Странное дело, — шепнул я сам себе.

Это услышал Малюга, что примостился рядом со мной.

Пограничник выпустил в темноту несколько одиночных, спросил:

— Что странного-то, Саша? Начинают наступать. Прощупывают, как мы тут все организовали.

Внезапно с опорного пункта с нашей, правой стороны, заговорили пулеметы танка.