Хроники Зареченска. Дилогия (СИ)

Разлил жидкость по рюмкам и поднял свою к бороде. Никто не выказал удивления, хотя очень хотелось.

– За встречу! – произнес тост Петрович и опрокинул жидкость в рот, потом взял бутерброд и в два укуса отправил его вслед выпитому.

Когда гости проделали то же самое, Никифоров сказал:

– Хорошо живешь. Икра, холодная водочка… Неужто холодильники работают?

– Да какой там! – отмахнулся хозяин и разлил по новой. – Электричество тильки у генерала имеется да в военном городке на некоторых объектах. И всэ.

– Тогда откуда? – теперь понастоящему удивился Вячеслав. Остальные тоже уставились на Петровича в ожидании ответа.

Тот загадочно улыбнулся:

– Так и быть, скажу. – Он выдержал театральную паузу: – Сухой лед!

– Что «сухой лед»? – поначалу не понял Никифоров, но почти сразу сообразил: – А кто его делает и как ты его хранишь?

– Тю! Так ребята Быстрицкого и робят. Это ж просто СО2 запрессованный. У Быстрицкого и установка, как полагается, на триста атмосфер есть, и електричество всякое.

– Угу, – задумался Никифоров. – Понятно. А хранишь ты его как? Сухой лед на воздухе быстро испаряется.

– Я тебя не разумею, майор. Где твий ум разведчика? А термоконтейнеры на что? – Петрович рассмеялся. – Эх ты, не узнаю я тэбэ!

– Твою мать! – Вячеславу только и осталось выругаться. – Давайте выпьем… для прояснения в голове.

– Хорошо. Давно пора.

– Мне не наливайте. Я за рулем, – воспротивился Олег.

Спустя пять минут и очередной порции водки хозяин, по которому было видно, что он ни в одном глазу, сказал:

– А теперь, хлопцы, колитесь, с чем пожаловали?

– Новостями поделиться… – начал Вячеслав.

– …и хотя бы парочкой военных радиостанций разжиться, – закончил Александр.

– Вон оно як. Шо ж, это можно. За сплетни вы армянским, считай, расплатились, а вот за рации чем будете?

– А что, есть? – воспрял духом Бер.

– Как не быть! У Петровича все найдется, на то я и Петрович, – расхохотался хозяин.

– Что необходимо взамен? – Никифоров взял бутерброд с икрой, напряженно ожидая ответа. Давно зная этого типа, Вячеслав морально готовился к нехилому подвоху. И дождалсятаки.

– Зазноба у меня была. Недавно узнал, шо жива и здорова моя Люба. Перед катастрофой к матери в Верхнюю Юзовку отправилась. Там сейчас и находится. Эти суки, эти гады ничтожные, в крепостные записали мою ненаглядную! Вытащите ее – получите требуемое.

Никифоров чуть не подавился. Остальные тоже остолбенели.

– Ты понимаешь, о чем просишь? Сколько мы должны людей потерять, чтобы твою Любу вытащить?

Видно было, что клановцы задумались. Петрович, пройдоха, заметил это и сказал:

– Вижу, покумекать вам трэба, хлопцы. Пойду я проверю охламонов своих, а вы тут кушайте. Не стесняйтесь. – И вышел из конторы.