Сжигая запреты

Естественно, работа тотчас встает… Да у меня все встает!

Маринка же, ни разу не взглянув в мою сторону, проходит к своему чемодану, выгружает вещи на полки плетеного шкафа и, скинув на хрен полотенце, спокойно пялит на свое убийственно-сексуальное тело купальник.

Смотрю на ее сиськи, живот, писюху, бедра, все эти идеальные изгибы, и тихо сползаю по креслу.

Стольких голых телок видел… Да, мать вашу, не каждому за всю жизнь перевидеть! И, казалось бы, ничем меня не поразить уже. Реагировал на весь этот блядский набор, как на нечто обыденное. Но, блядь, с Маринкой Чарушиной стабильно подвисаю. Правду сказал ночью, даже когда она в одежде, адской похотью горю. А уж если раздевается, мой внутренний зверь срывается с цепей.

– Маринка, давай поебемся, – долблю уже как мантру.

Очевидно, все теории и практики, что я когда-либо изучал, являлись подложкой к этому событию. Сейчас, чувствую, готов задвинуть такие речи и завертеть такие кренделя, ни один, сука, черт не исполнит.

Ну, что мне сделать, если я, блядь, такая ебливая скотина?! Ей просто нужно привыкнуть.

В считанные секунды преодолеваю расстояние. Визг Чарушиной ловлю губами. Вжимаю ее в свое тело, не жалея сил. Лифчик, который она не успела завязать, слетает. И да, блядь, эти божественные сиськи плавят мой окаменевший грудак.

– Даня… Даня… Остановись!

– Я должен тебя нагнуть, Марин. Сегодня. До полуночи. Сейчас.

В случае с коброй любопытство сильнее злости.

– Другой день начнется.

– Даня… Ты меня бесишь!

– На самом деле не бешу, Марин, а закрываю твои эмоциональные потребности.

– Тебя от меня бомбит, и тебе эти ощущения по кайфу. Ты без них не можешь жить, – высекаю безапелляционно. Чтобы сразу после ее рваного вздоха, глядя прямо в горящие глаза, как будто бы лениво закончить: – Вот что.

Чарушина, конечно же, идет в отказную.

Только вот все ее маркеры орут о том, что я, мать вашу, попал в сердцевину мишени.

Не скрываю довольной ухмылки. На ведьму это работает как взрывчатка.

– Иди ты на хрен, Дань!

– Нет, Марин, – тем же ровным тоном отзываюсь я. – На хрен у нас только ты будешь ходить. Регулярно, как поесть.

Краснеет люто, но не сдается.

– Отвали, сказала! Я замученная после первой ночи, разве непонятно?! Что ты прицепился с самого утра? Дай пройти! Я хочу позавтракать и осмотреть остров!

– Ладно… Сейчас поедим, – не без сожаления вздыхаю я. – Только услышь, пожалуйста, еще одну вещь.

– Даня… – выдавая свои подспудные страхи, пытается меня остановить.

Но я притискиваюсь лицом к ее лицу, сжимаю покрепче и севшим голосом долблю:

– Марин, ты, в свою очередь, тоже все мои потребности закрываешь. Эмоциональные, физические, духовные. У меня, блядь, просто все на тебя! Все ставки. Все мечты. Все желания. Все, Марин!

– Хм… Дань, ты бы был отличным депутатом.