Она под запретом (СИ)

Чувствую себя преступницей. Слава богу, комната сестры находится рядом, и, слава богу, она её не заперла.

После двухминутного инспектирования гардеробной в моих руках оказывается драгоценная добыча: свободные джинсы-бойфренды и мягкая футболка. Последнюю Луиза совсем недавно приобрела в одном из модных шоурумов. Надеюсь, она меня не убьёт.

Джинсы немного туговаты в бёдрах, но, повозившись, мне удаётся их застегнуть. Я по-прежнему без белья, теперь даже без своих кружевных танга. Они насквозь пропитаны тем, что мы делали. Господи, мне ведь нужно будет научиться с этим жить. Будь это кто-то другой, всё было бы проще… Но это ведь Арсений. Арсений… Арсений. Этот факт когда-нибудь уложится у меня в голове?

Я так долго гипнотизирую дверь, не осмеливаясь к ней подойти, что начинаю бесить саму себя. И что теперь? Переехать в другой город и больше никогда не поднимать глаза? За свои поступки нужно уметь отвечать. И между прочим, я не одна в этом участвовала. Арсений тоже. А он ведь не пьёт.

Спуск по лестнице — это дорога ада. Я вздрагиваю от малейшего звука, вылетающего из-под моих босых ступней. И мобильный, как назло, сел, не оставив мне возможности вызвать такси. Если бы не это, можно было бы выйти прямиком в прихожую, сесть в машину и уехать. Пришлось бы, правда, ещё и обувь у сестры позаимствовать.

Нет ни единого шанса, что я нахожусь в доме одна. Из кухни доносятся шорохи и звук перемалываемых зёрен. Арсений любит кофе. Да, это точно он. Впившись ногтями в ладони, я заставляю себя идти. Хотя бы просто поздороваюсь. А ещё нужно попросить его позвонить. Снова.

Моё охрипшее «доброе утро» приклеивается к нёбу. Арсений стоит ко мне спиной, и я могу свободно разглядывать мышцы на его спине. Потому что он без футболки. Это был не звук кофейных зёрен — он делал себе протеиновый коктейль. Только что вышел из спортзала, судя по лоснящейся от пота коже. Вихрь воспоминаний едва не сбивает меня с ног: жёсткие губы, хриплое дыхание и глаза, которые безотрывно смотрят в мои.

Арсений оборачивается, и в ту же секунду меня продирает током на двести двадцать. Его оценивающий взгляд хуже любого, самого страшного похмелья. От него бросает сначала в холод, а потом в жар. Разве возможно как ни в чём не бывало смотреть друг на друга? После всего? Хочется взмолиться: «Хватит!» И то, что он стоит передо мной в одних спортивных трико кажется форменным издевательством. Ох, ну пожалуйста, перестань так на меня смотреть.

— Живая? — прищурившись, он подносит стакан с коктейлем к губам.

— Я… да, нормально. Хотела спросить… Забрать туфли… И спасибо… Не знаю, как я…

Арсений не пытается облегчить мне задачу, просто наблюдая за моими попытками выдавить что-то связное. У него идеальный пресс, разлинованный блестящими дорожками пота.