Запретная страсть мажора (СИ)

Поцелуй в подрагивающий нежный живот как извинение, и я приступаю к самому главному. Не остановлюсь, хоть стреляй в упор.

Языком раздвигаю набрякшие, но еще плотно сомкнутые губки. О да.

– Кир, что ты… – слабо стонет Олька. – А.. Ах.."

"Это уже я.

Да, моя хорошая, у тебя есть право только стонать.

Я дурею от запаха и вкуса Истоминой, кровь шумит в ушах, вены вот-вот лопнут. Я, как наркоман, прислушиваюсь к Олькиным всхлипам, выискивая, как свести ее с ума. Ей нравится если провести языком вдоль, а когда я втягиваю крохотную пуговку клитора, а она дрожит.

Все. Возврата нет. Да его и не было. Стягиваю спортивки вместе с бельем, раскатываю презерватив по члену, который уже ноет.

Вернувшись к моей девочке, жестко тру между губок, и как только Оля начинает беззвучно хватать ртом воздух, я приставляю головку к мокрым губкам.

Толчок, и котенок жалобно пищит, и у нее выступает слеза.

И эта слезинка разбивает мне сердце, потому что ей больно, моя целочка. И она же наполняет меня звериным желанием. Моя. Я первый. Все мое.

Олька напрягается, а я вспоминаю сраные советы специалистов. Всуньте и высуньте, говорит? Хуй там. Меня арканом не оттащишь. Там так узенькой, что мне кажется, будто мне артерию пережали.

Все на что меня сейчас хватает, это на минуту замереть, позволяя утихнуть болевым ощущениям. Но только на минуту. Инстинкты берут свое и я толкаюсь снова и снова, набирая темп, чувствуя себя кем-то средним между грязным животным осквернившим сладкую девочку и властелином мира.

– Ты как? – выдавливаю я, почти рыча.

Кусая нижнюю губу, Истомина признается:

– Не очень. Неудобно.

Я, задавив в себе желание беспрестанно покрывать мягкое тело как самец в гоне, чуть приподнимаюсь и, не выходя из Оли, перекидываю ее ножку на бок.

Глаза ее распахиваются, а рот приоткрывается.

Да, девочка. Может ты и не кончишь, но приятно я тебе сделаю.

Склонившись к ней, целую насколько могу нежно, наступая на горло звериным инстинктам, потому что Ольке нравится целоваться. Не разрывая поцелуя, начинаю медленно двигаться в тесной дырочке, сводящей меня с ума. Долго я бережный темп не выдерживаю, но, похоже, это и не требуется. Истомина часто дышит, покрывается испариной и прижимается сильнее, если поменять угол чуть правее.

Я больше не могу сдерживаться, и кончаю, когда Оля начинает сжиматься на моем члене.

Глава 39. Оля

Механически поглаживая кончиками пальцев влажные лопатки Кирилла, я прихожу в себя.

Стук его сердца в грудную клетку, отзывается во мне, проходит сквозь меня.

В голове мешанина из мыслей.

Все слишком неожиданно.

Я думала, что свой первый раз запланирую, но Дикий просто смел все на своем пути и ворвался в… меня.

Я стала женщиной.

Не знаю, что чувствую. Мне, скорее, понравилось, чем нет.