Запрещенные слова. Том первый

Резник появляется уже при полном параде — вчера нарочно привез ко мне запакованные в чехлы из химчистки костюм и свежую рубашку. Но сегодня еще и с галстуком, который я, даже под его чутким руководством, так и не научилась завязывать.

— Тебя сороки украдут, — позволяю себе посмеяться, когда он нарочно как бы между делом показывает поблескивающие в манжетах запонки.

— Клянусь, что буду отбиваться до последнего.

Он молниеносно — и как у него это получатся?! — не испачкав ни миллиметра одежды, расправляется с едой, залпом допивает кофе. Но все-таки находит секунду, чтобы перед уходом сказать мне на ухо, что смотреть на меня весь день и не иметь возможности дотронуться — это та еще пытка.

Я не провожаю его до двери — завтракаю, одновременно пытаясь накрасить ресницы.

Возвращаюсь в гостиную, снимаю с вешалки приготовленное на сегодняшний день платье — темно-серый классический «футляр» с деликатным овальным вырезом. Строго и элегантно, а чтобы не было слишком скучно, разбавляю образ тонким золотым обручем на запястье.

Верчусь пред зеркалом, чтобы убедиться, то все сидит идеально.

Взбиваю волосы. Которые так и не решилась остричь, хотя теперь на сушку и укладку уходит гораздо больше времени. В отражение попадается оставшаяся на прикроватной тумбе книга.

«Не отпускай меня» я читаю по чайной ложке в неделю. Потому что безысходность и обреченность там сквозит буквально в каждой строке. Я бы, наверное, уже сдалась, перенесла ее в список «не осилила», в котором у меня в принципе не так, чтобы пусто, потому что биться над совсем грустным или скучными книгами я точно не люблю. Но, точно так же как и все главные герои книги — все равно надеюсь на хэппи-энд. И только эта надежда толкает меня «распечатывать» следующую главу и все-таки двигаться вперед, несмотря ни на что.

Это, кстати, фишка Шершня — он всегда упирается в финал. И не только в книгах. Мы по прежнему не разговариваем о личном (хотя и общаемся не только на книжные темы — чего уж), но в нем, как и в этой книге, тоже сквозит свой подтекст — он очень упрямый.

А еще — остроумный.

Внимательный: слушает и запоминает все, что я пишу.

Любит электронную музыку.

Курит, безуспешно пытаясь бросить, потому что таскает «железо» уже много лет и одно с другим — «не коннектится».

И по-прежнему не задет никаких вопросов о личном.

Я прячу книгу под подушку, поддаюсь соблазну заглянуть в нашу переписку и довольно улыбаюсь, когда нахожу там отправленное пять минут назад сообщение: «Удачи сегодня, Хани, если что — не ссы в компот». О том, что у меня сегодня важное событие — представление в новой должности — я проболталась еще пару дней назад. Он запомнил.