Запрещенные слова. Том первый

Резник вопросительно поднимает бровь, как бы через зал спрашивая, что происходит.

Я киваю за спину, на афишу фильма, с которого только что вышла.

Генеральный поднимается, идет ко мне. Я почему-то обращаю внимание, что кожанку своей симпатичной молоденькой спутницы он небрежно сжимает в кулаке.

— Майя, — протягивает мое имя чуть замедленно, как будто ставит этим окончательную точку в факте неожиданной встречи.

— Добрый вечер, Владимир Эдуардович.

— В жизни бы не догадался, что вы любительница Скорсезе.

— Так, я поняла, — пытаюсь шутить, — надо срочно поработать над имиджем серьезной женщины.

Я стараюсь игнорить женскую куртку, которую он перекладывает в другую руку.

И стараюсь не слишком очевидно дергать рукой, когда ощущаю в кармане короткую вибрацию телефона.

— Вы тут одна? — Резник изучает пространство вокруг.

— Ага. Подруга в самый последний момент не смогла. А я решила, что вполне взрослая девочка, чтобы ходить в кино в гордом одиночестве.

На его губах на секунду появляется удовлетворенная улыбка, он даже как будто собирается отпустить шутку (или комплимент?) по этому поводу. Но не успевает, потому что его спутница снова появляется в поле зрения, и на этот раз она не просто становится рядом, а собственническим жестом забрасывает себе на плечи его руку и прижимается бедром к бедру.

На меня смотрит резко подведенными черным маслянистым карандашом карими глазами.

Вблизи она еще красивее.

Пауза.

Никто как будто не понимает, что происходит, а потом девчонка вдруг громко смеется, выбирается из-под его подмышки и первой тянет мне руку, совсем как в какой-то молодежной комедии.

— Я — Оля, его племянница.

Племянница.

Эм-м-м…"

"— Майя, — пожимаю в ответ ее пальцы с длиннющими ногтями, — его директор по персоналу.

— Так вот почему Вовка такой трудоголик! — излишне громко говорит девушка, тараня его бок локтем.

Резник, в прочем, никак на выпад не реагирует.

Такое впечатление, что из нас троих неловко себя чувствую только я.

— А вы здесь… — Оставляю висеть в воздухе не произнесенный вопрос.

— Просто он привел меня в игровую комнату, чтобы не мешала ему жить, — отвечает Оля, и смеется.

А я чувствую себя еще больше не в своей тарелке.

Смотрю на Резника, хотя понимаю, что он не обязан ничего объяснять. Но просто интересно. Племянница ладно, но эта племянница точно в состоянии сама сходить на мультики.

Он тоже на меня смотрит. Именно так, как смотрела бы я, если бы не считала нужным отчитываться за то, как, с кем и где провожу свой заслуженный выходной.

— Оля поступает в медицинский в следующем году, — говорит Резник, перебрасывая куртку ей на плечи. Она сразу сует руки в рукава и опять мостится ему под бок. — Приезжает разведать обстановку.