Заповедь Варяга

Не выдержав напряжения, Ангел еще раз бросил взгляд в ту сторону, откуда должна была появиться машина Тархана, и, удостоверившись, что ее нет и в помине, решительно направился к дому, где оказалась в заложницах Зина. В подъезде было все тихо, на лестничной площадке тоже. Ангел прислушался, приложив ухо к двери. Из-за толстой обшивки доносились едва различимые всхлипывания. Однако мужских голосов слышно не было. Ангел постучал, мысленно приготовившись к самому худшему. За мгновение до этого он достал из внутреннего кармана «вальтер» и теперь держал его на изготовку. Дверь отомкнулась почти сразу, Зина ждала его. Лицо зареванное, такое впечатление, что в одночасье она лишилась всех своих добродетелей.

– Ну-ну, успокойся, все будет хорошо, – обнял Ангел женщину. Кроме лютой ненависти к визитерам, что вулканом клокотала в его душе, неожиданно для себя самого он отыскал в своей душе нечто похожее на неловкость и жалость к девушке. В конце концов, ведь это он втянул ее в эту историю.

– Они меня... Они меня... Ты даже представить себе не можешь!.. Какие они сволочи!.. – заливалась горючими слезами Зинаида.

– Не надо ничего рассказывать, это ни к чему, – принялся успокаивать Ангел, прижимая к себе хрупкое, содрогающееся в рыданиях тело девушки. – Больше я тебя не оставлю, ты поедешь со мной. Собирай вещи! Ах да, у тебя же одна сумка. Захвати ее. Смотри ничего не забудь, больше мы сюда не вернемся.

Обидно было бросать все враз. И совсем не потому, что квартира стоила немалых денег (в один ремонт было вбухано столько, что можно было бы купить еще одну четырехкомнатную квартиру) и место было в самом центре Питера, близ Дворцовой площади, а скорее всего оттого, что с этим гнездышком он связывал некоторые личные планы. Квартиру предстояло продать, купить другую, может быть, не такую роскошную, как нынешняя (практика показала, что это ни к чему), и не такую большую.

– Володя, ты же не знаешь, что они со мной сделали... – еще раз всхлипнула Зинаида.

– И знать не хочу! – резко оборвал ее Ангел. Все, что он должен был знать, он уже услышал по телефону. – Ты моя женщина, и мне этого вполне достаточно.

Слова прозвучали на удивление твердо, он даже сам поверил в сказанное. Где-то Ангел понимал ее. Бабы всегда тяжело переживают насилие. Даже самая бедовая из них зайдется криком, когда пара похотливых самцов по-хозяйски возьмется за нее. Как это ни странно, но даже после случившегося Ангел не потерял интереса к Зинаиде. Она продолжала оставаться для него такой же желанной, как невеста в брачную ночь. Одной симпатией этого не объяснить, было в ней нечто сказочно-колдовское, способное довести до греха даже монаха.

– Володя, давай уйдем отсюда побыстрее, – всхлипнула Зина. – Они ведь могут вернуться.