Записки человека долга

Так что иди-ка ты подобру-поздорову, англичанин, пока не случилось ничего худого, а за сигарету спасибо, оставишь пачку – пивка налью…

Обмен этот Смит совершил, пиво выпил, попытался еще раз втолковать хозяину, что лошадей он знает с тех пор, как себя помнит, обращаться с ними умеет, за пару часов ни за что не испортит, поездит без всякого галопа. Хозяин ему снова про келпи и про то, что от озера, начиная с вечера, следует держаться подальше.

Так и не договорились. Смит сказал майору: по его глубокому убеждению, чертов старикашка попросту жмется. Потому и рассказывает сказочки. В призраков он, Смит, еще верит, его бабушка сама видела одного, а старушка врать не будет, но вот во всяких злых духов не верит совершенно. Кокни верит только в тот дух, что идет из откупоренной бутылки джина…

Назавтра, ближе к вечеру, майор натыкается на Смита, явно намеренного покинуть расположение – законным образом, все чисто.

Оказывается, этот разбитной лондонец решил потихонечку взять коня самовольно и все же немного покататься. Ферма далековато, хозяин не углядит, у его домишки на озеро выходит боковая стена без единого окошка…

Смитти, говорит майор, а ведь это будет покушение на частную собственность…

Никакого покушения, говорит Смит. Что-то я не помню у нас в Англии таких законов, которые бы запрещали человеку часок покататься на чужом коне, свободно пасущемся на никому не принадлежащей земле, а потом привести его обратно. Это же не кража, а взятие во временное пользование. Ну конечно, уведи я коня откуда-нибудь из конюшни, да вот хотя бы с нашего ипподрома, это, очень возможно, и признали бы кражей. Но тут-то захолустье, и пасется конь на земле, которая старикашке вовсе не принадлежит, я специально, этак мимоходом, выведал. И вообще, я этого коня нашел черт-те где, вдалеке от жилых мест, вот и хотел порасспрашивать, чей, чтобы вернуть. А что сидел на нем верхом – ну к чему бить ноги, когда можно ехать верхом? Коробку с пайковыми вкусностями я ему потом оставлю на крыльце, хочет, пусть берет, а не захочет, пусть выкидывает. Ближайший полисмен в пятидесяти милях, а до ближайшего судьи и вовсе часа четыре ехать…

Майор не стал его задерживать: в конце концов, безобидная блажь, парень не собирается красть коня, всего-то поездить часок. Не столь уж страшное прегрешение…

Смотри, говорит, Смитти, чтобы чего не вышло… Обойдется, сэр, говорит Смит. Кокни – он и пишется «кокни». Все будет в лучшем виде.

На утренней поверке его не оказалось. Для любой воинской части, независимо от ее государственной принадлежности, это, безусловно, ЧП. Командир у них, судя по описанию майора, был мужик правильный. Не стал поднимать шума и с ходу издавать приказ о дезертирстве, а попросту отправил по окрестностям несколько машин.