Запах соли, крики птиц

Что же в облике этой немолодой полноватой женщины оказывало на него такое воздействие? В голову приходили только глаза — самые голубые из всех, какие ему доводилось видеть, оттененные подкрашенными в рыжеватый цвет волосами, они буквально светились. Он смотрел на нее как зачарованный и поначалу даже не среагировал на протянутую ему руку. Но потом пришел в себя и, словно со стороны, увидел, как на старинный манер склоняется, берет руку и запечатлевает на ней поцелуй. На мгновение он почувствовал себя идиотом и не мог понять, как ему такое пришло в голову. Однако затем он увидел, что приглашенная дама, похоже, оценила его жест, и в животе распространилось теплое и приятное ощущение. Все-таки навыки этикета никуда не делись. Он еще знает, за какой конец тянуть веревочку.

— Как здесь мило. Я тут впервые, — мягко сказала она, пока они тщательно изучали меню.

— Заведение первоклассное, можешь не сомневаться, — заявил Мельберг, выпятив грудь, словно «Постоялый двор» являлся его собственностью.

— Да, это сразу видно. — Ее глаза скользили по означенным в меню лакомствам.

Мельберг тоже взглянул на ассортимент и на мгновение ощутил панику, увидев цены. Но потом он встретился взглядом с Роз-Мари, и беспокойство в желудке улеглось. В такой вечер деньги значения не имеют.

Она посмотрела в окно на краевой клуб.

— Кажется, там сегодня намечается большое веселье?

— Да, все из-за этого реалити-шоу. Обычно нас такие сборища минуют. Окрестная молодежь, как правило, развлекается в Стрёмстаде. С основными последствиями в виде пьянства и прочей мерзости разбираться приходится тамошним коллегам.

— Вы ожидаете, что возникнут проблемы? Тебе правда не надо работать этим вечером? — с озабоченным видом спросила Роз-Мари.

Мельберг приосанился и чуть больше выпятил грудь. Приятно ощущать свою важность в присутствии красивой женщины. С тех пор как его незаслуженно перевели в Танумсхеде, такое случалось слишком редко. Здешний народ почему-то никак не мог оценить его по достоинству.

— Я отправил двух человек приглядывать за этим цирком, — сказал он. — Так что мы спокойно можем поесть и пообщаться. Хороший начальник знает, как распределить обязанности, а я смею утверждать, что это одна из моих сильных сторон.

Улыбка на лице Роз-Мари показывала: она не сомневается в том, что он прекрасный начальник. Вечер обещал быть действительно очень приятным.

Мельберг еще раз взглянул на здание клуба, но потом выбросил тамошнее мероприятие из головы. Пусть им занимаются Мартин с Ханной, а у него есть более приятное занятие.

Перед тем как выйти на сцену, она, насколько позволяли обстоятельства, порепетировала. Конечно, петь ей предстояло под фонограмму, и достаточно было открывать рот, держа в руках микрофон.