Запах соли, крики птиц

— Тебе что-нибудь не нравится в распределении обязанностей? — недовольно буркнул Патрик, о чем тут же пожалел. Просто он чертовски устал.

— Отнюдь нет, — с раздражением ответила Ханна, прежде чем он успел сгладить неловкость. — Просто мне это кажется немного зыбким, хотелось бы иметь побольше информации, чтобы не рисковать угодить в тупик. Я имею в виду, есть ли у нас в действительности веские основания для того, чтобы делать вывод о наличии связи? Может быть, то, что они умерли сходным образом, простая случайность. Поскольку явная связь между жертвами отсутствует, все это кажется слабоватым. Впрочем, это всего лишь мое мнение. — И она развела руками так, словно давая понять, что это не просто мнение.

Патрик ответил коротко и таким холодным тоном, который показался отчужденным даже ему самому:

— Тогда, думаю, будет лучше, если ты оставишь его при себе и отправишься выполнять то, что тебе поручили.

Выходя из кабинета Мельберга, он спиной чувствовал изумленные взгляды остальных. Они имели все основания удивиться — обычно он так не взрывается. Но Ханна угодила прямо в болевую точку. А что, если внутреннее чувство ведет его по ложному следу? Однако что-то укрепляло Патрика в убеждении, что связь между этими случаями имеется. Теперь оставалось только ее найти.

— Вот как? — вопросительно произнесла Кристина, с недовольным лицом потягивая чай.

К великому изумлению Эрики, она заявила, что больше не пьет кофе из-за «животика», и со вздохом сожаления похлопала себя по диафрагме. Сколько Эрика ее знала, Кристина всегда потребляла кофе в огромных количествах, так что будет интересно посмотреть, как долго это решение продержится. Прослушав длинную лекцию о том, как именно желудок свекрови реагирует на кофе, Эрика потихоньку закатила глаза, глядя на Анну, когда Кристина отвернулась от них, чтобы приласкать Майю. Эрика с Патриком никогда прежде не слышали о «чувствительном желудке», но Кристина недавно прочла об этом статью в дамском журнале и сразу нашла у себя все перечисленные симптомы.

— Ты любимое золотко бабушки? Да, ты любимое золотко бабушки, маленькая моя лапулечка, — сюсюкала Кристина, а Майя смотрела на нее с удивлением.

Эрике иногда казалось, что дочка уже соображает лучше бабушки, и ей с трудом удалось удержаться, чтобы не изложить эту теорию Патрику. Словно услышав мысли Эрики, Кристина повернулась к невестке и впилась в нее взглядом.

— Ну а как обстоят дела с этой… свадьбой? — спросила она далеко не сюсюкающим голосом.

Она произнесла слово «свадьба» таким тоном, будто сказала «собачье дерьмо». Этот тон появился у нее, как только она поняла, что ей не дадут всем заправлять.