Из западни

Из записок Руднева, переданных через Банщикова, Макаров позаимствовал еще пару идей – систему ночного опознавания и «лидирование» миноносцев в атаке быстроходными крейсерами второго ранга. Правда, крейсер второго ранга был всего один, «Новик», но зато приданы ему были четыре лучших шихауских эсминца, имеющих по три торпедных аппарата вместо двух и, благодаря наличию полубака, вполне мореходных. «Палладу» и «Диану» сопровождали два и три истребителя соответственно.

Система опознавания русских кораблей была проста как табурет: на каждый корабль устанавливались по два фонаря, с красным и зеленым фильтром. В ответ на запрос – два красных моргания – свой должен был или ответить тремя зелеными, или не жаловаться на «дружественный огонь». Теперь все это предстояло проверить на практике.

Первыми из гавани незадолго до заката потянулись «Новик» с эскортом из «Бдительного», «Бесстрашного», «Беспощадного» и «Бесшумного». Для начала они на полном ходу кинулись на маячившую на горизонте четверку японских миноносцев. Это шоу происходило почти каждый день: ближе к вечеру адмирал Того благоразумно отводил свои броненосцы и крейсера подальше от русских миноносцев. Вскоре после этого «Новик», а иногда и «Аскольд» начинали гонять оставшуюся без покровительства японскую мелюзгу, наблюдающую за рейдом. Мелюзга, в свою очередь, пользуясь преимуществом в ходе, отбегала подальше, пытаясь заманить изрядно надоевшего им «Новика» под орудия своих бронепалубных крейсеров, которых артурцы прозвали «собачками».

Но от них уже удирал сам «Новик», тоже имевший пару узлов в запасе. Сегодня все пошло примерно по тому же сценарию, но японцы в вечерней дымке не углядели, что после часовой погони «Новик» и миноносцы ушли не в сторону гавани Артура. Под прикрытием этой чехарды из гавани вытягивались новые действующие лица и исполнители. Выйдя на внешний рейд, они разобрались по отрядам и разными курсами и скоростями двинулись навстречу судьбе.

Как известно, нигде не врут так много, как в любви и на войне. А уж после ночного морского боя начала прошлого века – без радаров, кинокамер и других средств объективного контроля… Каждый командир эсминца, выпустивший торпеду по мелькнувшему в темноте силуэту, не ответившему на запрос позывных, докладывал, что попал. Если просуммировать все доклады с обеих сторон, то японские транспорты были потоплены все, причем некоторые раза по два, а отряд Макарова был уничтожен трижды. На самом деле русские истребители добились всего четырех торпедных попаданий в транспорты.

Группа, наносящая лобовой удар, выполнила свою работу сполна. «Лейтенант Бураков» подманил погнавшиеся за ним «Оборо» и «Акебоно» поближе к «Баяну» и «Аскольду».