Запад-81 (СИ)

Доползли, отстреливая по пути драпающих фрицев. И не успел передовой танк уложить снаряд в уже наполовину возведённый мост, как с опушки леса на противоположном берегу ударили полковые орудия, а на луговине стали подниматься фонтаны земли от рвущихся миномётных мин. И сразу стало не до экономии дефицитных снарядов для 30-мм пушек 2А42.

Солнце опустилось за кромку леса, так что вспышки от выстрелов немецких орудий и миномётов были хорошо заметны. Буквально в первые же секунды подавили две «полковушки». Потом что-то шваркнуло по верхнему носовому бронелисту и с визгом ушло в рикошет.

— Командир, я её засёк, — крикнул оператор-наводчик моей машины Талимжан Ибрагимов.

— Гаси её! — рявкнул я, поняв, что он говорит о противотанковой пушчёнке, только что выстрелившей по нам.

Короткая очередь, и за рекой под кустом заплясали разрывы осколочно-фугасных снарядов.

Дистанция до огрызающихся немцев мизерная, две-три сотни метров, и они, и мы ведём огонь прямой наводкой. Но на нашей стороне скорострельность и, пусть и хлипкая, но броня, большие углы наклона которой только что спасли мою машину. Полторы-две минуты, и артиллерия подавлена, после чего пришёл черёд расстрела скопившихся на том берегу грузовиков и отстрел из пулемётов тех, кто не успел сбежать в лес.

Первый наш реальный бой с гитлеровцами, закончившийся уже в начавшихся сумерках, не обошёлся без потерь. Машину из взвода Ждановича, развернувшуюся бортом, чтобы дать возможность десанту стрелять из автоматов, бронебойный снаряд противотанковой пушки прошил насквозь. Одному из мотострелков оторвало левую руку, а второму, сидевшему к нему спиной, навылет пробило грудь. Ещё двое погибли и шестеро были ранены среди ребят нашего и первого батальона при прочёсывании леса восточнее Привалок: всё-таки против нас действовали не абы кто, а егеря. Но два батальона немецкого пехотного полка, намеревавшегося с утра двинуться севернее Гродно в сторону села Озёры, мы разгромили. Главное же то, что наши солдаты, отслужившие всего от полугода до полутора лет, после этой победы поверили в себя. В то, что они могут бить фашистов.

Младший политрук Александр Лукашенко, 23 июня 1941 года, 8:30, к северу от Гродно.

Первый бой, первые боевые потери. Когда-нибудь это должно было начаться. Я только не думал, что их придётся понести уже в первый день войны. Радует то, что наши, мирные по своему воспитанию мальчишки срочной службы из 1981 года не упали духом, увидев своих бездыханных товарищей, лежащих на куске брезента на окраине белорусской вёски Привалки.

— Обелиск ставить нет смысла, — покачал головой прибывший в Привалки комполка. — Немцы всё равно его снесут.