Заноза

Мы пробрались ко входу в раздевалки, где получили коньки по паспортам, и отправились переобуваться."

"Я сама-то тоже последний раз каталась еще в школьном возрасте, поэтому едва сумела выползти на лед, держась рукой за стеночку. Судя по тому, как падали присутствующие на катке люди, они тоже не являлись фигуристами.

— Это последний раз, Миронова, когда я пошел у тебя на поводу! – пропыхтел скользящий за мной вдоль бортика Гриша.

Он был похож на огромного ярмарочного медведя на коньках. Красная шапка сбилась набок, шарф распутался и свисал вдоль тела, в расстегнувшемся вороте пуховика я видела полосатый свитер крупной вязки, изготовленный заботливыми руками Грининой бабушки.

- Ничего не последний! – взвизгнула я, грохаясь на бок.

Встать быстро не получилось, ноги разъезжались, руки скользили, и я несколько раз едва не клюнула носом.

- Давай, помогу! – Плотников протянул мне руку, и едва я уцепилась за нее, упал рядом, отчего, кажется, вся площадь сотряслась.

Теперь мы вдвоем возились возле бортика, пытаясь подняться и хохоча, глядя на неуклюжие попытки друг друга.

Кое-как удалось принять вертикальное положение, после чего мы медленно заскользили к противоположному краю ледяного поля, а мимо проносились юркие мальчишки, гоняя клюшками шайбу, и взрослые парочки, поглядывающие на нас с иронией.

Ну да, наверное, мы смотрелись комично – двухметровый Гриша и полторашка я.

Час катания пролетел незаметно. Уже стемнело, и с площади мы вышли в свете фонарей. Снег прекратился, небо разъяснило, мороз усилился градусов на пять сразу.

- Кофе пойдем выпьем? – кивнул Гриша на кофейню «Шоколадница», находившуюся в здании большой гостинцы.

- Денег нет, - ответила я, пожав плечами. – Я ж только собираюсь на работу выходить.

- Да я угощаю! – обиделся парень. – Ты ж знаешь, я в компах шарю, вот потихоньку фрилансом занимаюсь, так что деньги есть, не переживай. Потом утебя появятся, ты меня пригласишь.

Сочтя компромисс достойным, я позволила себя увлечь в теплое помещение, где со вздохом удовольствия уселась на мягкий диванчик и даже почти закатила глаза от блаженства.

- Тебе кофе и пирожное? Или торт будешь? – Гриша подвинул ко мне меню, кивая, чтобы выбрала, что хочу.

Я хотела жрать, а не торт, но не разочаровывать же парня. Пришлось соврать и заказать себе кусочек «Праги», который провалился в страждущий желудок, растворившись там моментально. Гриша взял себе только чай облепиховый и сидел жмурился от удовольствия, словно огромный котяра, щуря свои карие глаза за толстыми стеклами очков.

- Все-таки, хорошо, что погуляли, - сказал он, когда мы уже подходили к моему дому. – А то я пару дней вообще безвылазно дома сидел, дежурю ж завтра, хотел отоспаться.