Заноза

"Заноза

Глава 1

Вот и все.

Я стою у гроба, обитого черным бархатом, и вглядываюсь в лицо человека, который был единственной родной душой для меня. Тем, с кем, казалось, мы дышали в унисон. Я и он. Мой единственный. И сейчас не было сил перестать смотреть, как и подавить в себе слезы, беспрестанно катящиеся по лицу.

- Еще пятнадцать минут, - сухо сообщает голос сотрудника похоронной компании.

Обернувшись, я киваю, высмаркиваюсь в платок и дрожащей рукой прикасаюсь к лицу Пашки. Вот и все, любимый мой, вот и все… Тебя нет больше, и меня нет. Как я без тебя?

Сажусь на табурет у изголовья и начинаю тихонько подвывать. Пальцы мои гладят Пашкины брови, такие красивые, изогнутые, будто рисованные, холодную кожу на щеках, мертвенно-бледные губы. Пятнадцать минут, любимый, у нас с тобой, а потом все. Тебя не станет навсегда. Как я без тебя?

Эта фраза стучит во мне бесконечно, и я хочу верить, что надо закрыть глаза, открыть, а муж жив и здоров, улыбается, говорит, что я самая красивая, что он любит меня безумно… Но никогда не бывать этому. Я здесь и сейчас, а он остался во вчерашнем дне. Завтра не наступит никогда для моего светлого человека. Нет больше его. И меня нет больше.

- Время! – сотрудник крематория трогает меня за плечо. – Уже приехали те, кто будет прощаться после вас.

На трясущихся ногах я поднимаюсь с табурета, склоняюсь к мужу и целую его в ледяные губы. В последний раз.

В зал прощаний входят двое крепких парней, глядят на меня хмуро, просят отойти в сторону, после чего накрывают крышкой домовину, заколачивают гвозди, убирают стоперы с колес каталки, на которой стоит гроб с Пашей и катят его в сторону неприметной двери. Я стою, закусив губу, глядя на то, как мой муж, моя надежда и опора, скрывается в помещении, где вскоре превратится в груду пепла.

Мне сказали, что урну можно будет забрать завтра с восьми до пятнадцати, и я разворачиваюсь, чтобы уйти. Ноги не слушаются меня, словно стали ватными, я еле бреду, сквозь пелену слез не различая дороги.

- Куда прешь, чучело? – слышу брезгливый женский возглас за дверью, когда пытаюсь выйти и натыкаюсь на кого-то в ярких красных туфлях и черном платье.

Краем сознания отмечаю, что дама вырядилась будто на показ мод, в черном платье-футляре, черной же шляпе с вуалью, из-под которой на меня смотрят злые раскосые глаза. Под руку ее держал высокий мужчина, но на него я даже внимания не обратила, пробормотав «извините» и побредя дальше. В другое время я бы, может, и ответила покрепче, но сейчас совершенно нет сил.

Крематорий находился неподалеку от больницы, вокруг которой имелся парк с вековыми соснами и лавочками для выздоравливающих больных. Пройти туда можно было сквозь боковую калитку, чем я и воспользовалась, а уж там дала волю слезам, закрыв лицо руками и уткнувшись в колени.