Хозяйка драконьего замка

В висках грохотало сердце, бешено крутилась по венам кровь, когда я выхватила артефакт обратно и острым краем полоснула по запястью.

Темная кровь плеснула на траву, на богиню, на цветы, притаившиеся в корнях дубов и сосен, только артефакт остался чистым. Капнула на него еще и тот сыто залоснился, как наевшийся до отвала клещ. В голове прояснилось. Дрожащими руками положила артефакт обратно в рот богине, и с ужасом отшагнула. Потом еще раз, и еще. Так и шла, пятясь задом, пока не уперлась спиной в чье-то тело.

Глаза меня обманывали. Поэтому я зажмурилась и даже потрясла головой, чтобы развеять эротические иллюзии, а когда открыла, генерал никуда не делся.

Высокомерный Харраш Варх-Винзо, первый генерал Вальтарты стоял перед мной и неотрывно смотрел мне в лицо. Полуголый и полупроявленный.

Взгляд, стыдясь и ужасаясь собственному поведению, жадно обежал бугрящиеся мышцы от дельтовидной до поперечной, так бесстыдно выставленные напоказ. Все же в прошлый раз генерал был в рубашке и… И было как-то легче видеть в нем человека, а не выставленную напоказ животную особь.

Невольно дернулась от него назад, и Харраш рефлекторно шагнул вперед, отжимая территорию. Здесь, в кружке поляны, где его бесстыдно охватывал лунный свет, подобно софиту, я видела больше. Цепь поблескивающих чешуек на скулах, заостренные, безупречно-белые резцы, проглядывающие за рисунком губ, черные, как ночь, крылья, мягко стелющиеся по траве подобно плащу. Насчет мягкости крыльев я не обманывалась. Край крыла срезал под корень крепкие, уже приживившиеся побеги драконова древа и можжевельника.

Судорожно сглотнув, отступила еще, пока не уперлась спиной в ствол одного такого можжевельника.

Вальтартовские можжевельники не то, что отечественные. Ростом с три меня, с ребристым перекрученным стволом и мохнатой колючей шапкой на вершине. Упираться в такой слабое удовольствие, но я прилипла всей спиной и не жаловалась.

— Вейр Винзо, не ожидала вас здесь встретить…

Глаза на безупречной лепки лице полыхнули огнем, вызолачивая звериный зрачок. Харраш меня не слышал, а, может, и не видел. Или видел, но по-кошачьи — темное говорящее пятно, наделенное запахом.

Под лунным светом заметно насколько плохо он выглядит. Бледный в синеву, вспотевший, дезориентированный, только движения оставались экономными и четкими, как у воина.

Я сдвинулась немного вбок, мысленно прокладывая траекторию побега, но даже дернуться не успела, как Харраш поймал меня за руку и буквально втиснул в собственное разгоряченное тело.

У драконов температура тела выше человеческой втрое, если он полупроявлен, и в семь раз, если находится в первородной ипостаси.